Как сказано в одной из сутр: «Форма подобна пенной глыбе; чувство подобно пузырю; распознавание подобно миражу; формирующие факторы подобны стволу бананового дерева [без твердой сердцевины]; сознание подобно иллюзии». Эти образы указывают на пустотную природу всех составляющих нашего опыта.
Таким образом, Бессамостность и Пустотность – это не просто философские концепции, но живые истины, постигаемые через сочетание глубокого логического анализа и сосредоточенной медитации. Это сердце Высшей Тренировки в Мудрости, путь к разрушению иллюзии «я» и всех явлений, ведущий к окончательному Освобождению, как этому учили в великой традиции Наланды.
Палийская Традиция:
В стенах Наланды, где потоки мудрости из разных традиций сливались в единый океан Пробуждения, особое место занимало глубокое постижение Бессамостности (Анатта), как оно изложено в учениях Палийского Канона. Эта истина, являясь первой гранью понимания пустотности, становится проникающим светом, рассеивающим иллюзию самосущего «я».
Печать бессамостности: не мое, не Я, не моя самость
В Палийской традиции анализ бессамостности сосредоточен прежде всего на исследовании нашего непосредственного, обусловленного опыта – пяти совокупностей (скандх): формы (тела), чувств, распознавания (восприятия), формирующих факторов (ментальных активностей) и сознания. Применяя к ним три универсальные характеристики всех обусловленных явлений – непостоянство (аничча), неудовлетворительность (дуккха) и бессамостность (анатта) – практикующий приходит к глубокому прозрению. Он видит, что эти совокупности, постоянно меняющиеся, страдательные по своей сути и лишенные независимой сущности, «не мои, не я, не моя самость». Подобно тому, как искусный врач диагностирует болезнь, исследуя симптомы, так и йогин, исследуя совокупности, обнаруживает в них печать бессамостности.
Эта мудрость, постигающая отсутствие «я» в пределах обусловленного мира, по своей сути считается мирской – она оперирует концепциями и относится к сансарным явлениям. Однако именно это понимание, взращенное через медитацию и анализ, является необходимым трамплином, ведущим к надмирскому постижению Ниббаны – состояния, свободного от всех обусловленностей, где иллюзия «я» прекращается навсегда. Подобно ключу, сделанному из земного металла, который открывает дверь в небесный дворец, так и мирская мудрость бессамостности открывает врата Ниббаны.
Деконструкция «Я»: Совокупности под лупой анализа
Учения Палийского Канона, тщательно изучавшиеся в Наланде, не просто декларируют отсутствие «я», но предоставляют мощные инструменты для его логического опровержения. Опровергается не только древнеиндийское философское представление о вечном, неизменном, блаженном и управляющем всем Атмане, но и наше обыденное, глубинное цепляние за «я» как за нечто постоянное, единое, независимое и обладающее контролем над телом и умом.
Анализ сосредоточен на том, чтобы показать: ни одна из пяти совокупностей не может быть этим «я», равно как и их простая сумма или нечто, находящееся вне их. Почему? Потому что все они – форма, чувство, распознавание, формирующие факторы, сознание – непостоянны, они постоянно возникают и исчезают. Они составны, состоят из множества частей и элементов. Они зависимы, возникают в силу причин и условий. И они неуправляемы в конечном счете – мы не можем приказать телу не стареть, чувствам быть только приятными, мыслям не появляться. Как можно отождествлять себя с тем, что непостоянно, составно, зависимо и не подвластно контролю?
Чтобы подчеркнуть эту бессамостную, лишенную сущности природу совокупностей, используются яркие аналогии из сутт:
– Форма (тело) подобна пенной глыбе: Кажется плотной, но легко рассыпается.
– Чувство подобно пузырю на воде: Возникает и исчезает мгновенно.
– Распознавание (восприятие) подобно миражу: Кажется реальным издалека, но исчезает при приближении.
– Формирующие факторы (ментальные активности) подобны стволу бананового дерева: Послойно снимаешь оболочки, но не находишь твердой сердцевины.
– Сознание подобно иллюзии: Возникает в зависимости от условий, но лишено субстанции.