Scheiße[1]!
Не понимает по-хорошему. Буду спасать твою задницу, Kleine.
Придется брать управление.
Я не готов.
Резервный аккумулятор – это хилая батарейка для поддержания анабиоза. Она рассчитана на фоновую нагрузку системы в 0,1%. А «Марионетка» и взлом требуют полной мощности вычислительного ядра. Процессор сейчас уйдет в оверлок. Потребление энергии подскочит в тысячи раз. Тридцать дней моего «спящего режима» сгорят за пару минут активного боя. Батарея просто не выдержит такой токоотдачи.
Но выбора нет. Если она расскажет обо мне – они вызовут подмогу, вскроют бункер и пустят меня на органы.
– Протокол «Марионетка»: Активация! – командую я системе. – Перехват моторики!
Я рванул виртуальные рычаги на себя. Система взвыла:
[ALERT]… HIGH_LOAD detected (ТРЕВОГА… ОБНАРУЖЕНА_ПИКОВАЯ_НАГРУЗКА)
// VOLTAGE_DROP: CRITICAL // (ПАДЕНИЕ_НАПРЯЖЕНИЯ: КРИТИЧЕСКОЕ)
SYNC: 12%… UNSTABLE (СИНХРОНИЗАЦИЯ: 12%… НЕСТАБИЛЬНО)
В реале это выглядело жалко.
Протокол столкнулся с защитой её нервной системы. Дешевый китайский порт не был рассчитан на военный софт. Я почувствовал сопротивление – вязкое, как сырая глина. Её нейроны горели от моего вторжения. Я буквально слышал, как трещат её синапсы. Для неё это было, наверное, как сунуть пальцы в розетку.
Вместо того чтобы выхватить нож, её правая рука дернулась, как у паралитика. Указательный и средний пальцы скрючило судорогой. Она сама чуть не прикусила язык, клацнув зубами.
– М-м-м! – промычала она, хватаясь за свое горло.
Лысый заржал.
– Че, припадочная? Эпилепсия накрыла?
Второй, с цепью, ухмыльнулся:
– Да она под кайфом, походу? Ломает девку!
Катя отпустила горло. Глаза дикие. Смотрит в пустоту, на интерфейс, который вижу только я.
– Ты… – прошептала она. – Ты что творишь?!
– Не мешай! – холодно ответил я.
Лысый потерял терпение.
– Э, слышь, ты там с духами разговариваешь? – он шагнул ближе, занося биту. – Короче: нет денег – нет базара. Отработаешь натурой. А потом на органы сдадим. Вали её, Сега.
Он замахнулся.
Медленно.
Для него – быстро, для меня – вечность.
Я вижу траекторию. Бита идет в левое плечо. Хотят сбить с ног, покалечить, но не убить сразу.
– Вправо! – гаркнул я.
Она стоит столбом. Тупит. Парализована страхом.