Визит нового советского лидера-реформатора Михаила Горбачева (март 1988 г.) дал повод возобновить старую дискуссию о существе взаимных отношений, прерванную в 1948 г., и подчеркнуть совпадение взглядов на будущее сотрудничество[40]. В совместной декларации, опубликованной к концу переговоров, подчеркивалась необходимость широкого сотрудничества при уважении общепринятых и нашедших свое подтверждение принципов. В то время оба государства испытывали серьезный системный кризис. В свете решимости советского руководства проводить политику внутренних преобразований и урегулировать отношения с Западом, особенно в связи с объединением Германии, Югославия выпала из числа внешнеполитических приоритетов Москвы. Изменившаяся международная роль Советского Союза осталась непонятой югославским союзным руководством, которое столкнулось с внутренним кризисом, крахом коммунизма, все более настойчивыми требованиями восстановления многопартийности, набиравшими силу националистическими движениями, откровенными призывами к распаду федерации. Переключение внимания СССР на внутренние проблемы, вывод советских войск из Европы и сближение с Западом происходили параллельно с эскалацией югославского кризиса и гражданской войной. В отсутствие надежной опоры Югославии в лице СССР решение о ее судьбе принимали западные государства, которые, не задумываясь, встали на сторону тех, кто желал раздела страны. Попытка югославских военных заручиться поддержкой советского военного руководства и осуществить путч, предотвратить дезинтеграцию государства провалилась[41]. Кровавая гражданская война в Югославии и подписание договора о роспуске СССР положили конец эпохе югославско-советских отношений и открыли новую страницу отношений между сербским и русским народами.
I
АЛЬЯНС (1945–1948 гг.)
СССР и политика югославских коммунистов по отношению к Албании (1941–1945 гг.)
До ноября 1941 г. в Албании не существовало единой организованной коммунистической партии. Ряд небольших коммунистических групп, сформированных в начале 1920-х годов, особенно после падения режима Фана Ноли, были разрозненны и отделены от возможных союзников. Кроме того, после 1937 г. эти малочисленные коммунистические группы, как и ранее, выступали с неуступчивых троцкистских позиций, что дало Коминтерну повод распустить их. Поскольку албанские коммунисты отказались выполнить эту директиву, то уже в 1939 г. югославская компартия получила от Коминтерна мандат на реорганизацию албанских коммунистических групп[42]. И. Броз Тито уполномочил Миладина Поповича, секретаря областного комитета КПЮ по Косову и Метохии, попытаться создать в Албании партийную организацию, но не ставить вопрос о партийном руководстве, дав возможность ситуации «созреть»[43]. Попович достаточно быстро через Фадиля Ходжу, Эммина Дураку и албанского студента из Белграда Танаса Зике сумел установить связь со скадарской коммунистической группой. Начатая Поповичем работа была прервана в начале Второй мировой войны, так как его вместе с Крето Филипповичем арестовали и интернировали в Албании во время их поездки из Метохии в Черногорию. После восстановления связи через Фадиля Ходжу Областной комитет КПЮ по Косову и Метохии направил в Албанию с прежними указаниями, в духе предыдущей директивы, Душана Мугошу, который в сентябре 1941 г. провел десять дней в Тиране, где установил связь с албанскими коммунистами. Лишь члены группы из Корчи отказались вести переговоры с Мугошей, заявив, что не доверяют ему[44]. Достаточно быстро в Витомирицу под Печем, где располагались косовские коммунисты, прибыли албанские единомышленники с просьбой о помощи в создании партии. В это же время Мугошу вновь отправили в Албанию, где он организовал побег Поповича из итальянского лагеря[45].
Попович и Мугоша провели ряд конспиративных встреч с представителями скадарской и корчанской групп, а также с членами «группы молодых». После переговоров представители всех трех групп высказались на совместной конференции за создание партии с включением в нее всех своих членов. Учредительная конференция состоялась нелегально в Тиране 8 ноября 1941 г. На ней избрали временное руководство партии, приняли резолюцию и провозгласили манифест. Первой значительной акцией стала организация массовых демонстраций в Тиране. Быстро была создана и молодежная организация. В дальнейшем по советам Поповича и Мугоши началось формирование партийных ячеек в стране[46], зимой 1941–1942 гг. — создание албанской коммунистической партии. Работа по превращению партии в массовую проводилась в спешном порядке. Этого требовала как международная обстановка, так и характер итальянского оккупационного режима в Албании. Довольно быстро были сформированы небольшие партизанские группы, которые также быстро вступили в борьбу. Югославское влияние на организацию постоянно росло, а опыт действий КПЮ превращался в своего рода практическое руководство и справочное пособие для будущей работы партии албанских коммунистов[47].