Албания и югославские планы создания Балканской федерации после Второй мировой войны
К началу 1946 г., по оценке Белграда, Энвера Ходжу начало тяготить югославское присутствие в Албании, все больше воспринимавшееся им как тяжкое бремя, хотя на состоявшемся в феврале 1946 г. V пленуме ЦК КП Албании было решено, что партии следует покончить с оппортунизмом, поддерживать братские отношения с народами Югославии, а также приступить к строительству государства по югославскому образцу[141]. Постановления пленума не изменили враждебного отношения Энвера Ходжи к Белграду, которое подпитывалось постоянным упоминанием проблемы статуса Косова и Метохии. Антиюгославская позиция албанского лидера четко проявилась в критических замечаниях в адрес Кочи Дзодзе, которые албанский лидер высказал накануне своего визита в Белград летом 1946 г.[142]
Для Югославии, стремившейся к более активному влиянию на ситуацию на Балканах, Албания имела большое значение из-за ее стратегического положения в регионе, возможности создания федерации, средств, вложенных в албанскую экономику и строительство вооруженных сил. Реализация югославских планов в Албании наталкивалась на постепенно усиливавшееся противодействие Энвера Ходжи вопреки позиции проюгославской группы во главе с Кочей Дзодзе. Подоплекой внутреннего конфликта в албанском руководстве стала уверенность лидера Албании в том, что его страна в соответствии с принципом права нации на самоопределение должна получить Косово и Метохию. Такая позиция Ходжи пользовалась поддержкой влиятельных групп албанского общества[143].
Первая и последняя официальная встреча Йосипа Броза Тито и Энвера Ходжи состоялась в июне – июле 1946 г. Визит албанского лидера, запланированный на более ранний срок, три раза откладывался[144] из-за югославско-албанских разногласий и по причине неопределенности отношения И. В. Сталина к албанской политике Белграда. В течение того времени, что готовился визит, югославский посланник в Тиране Йосип Джерджа поддерживал тесные связи с Ходжей, который в сложившейся ситуации выражал сомнения относительно своего намерения прибыть в Белград[145]. Визит должен был состояться в середине апреля[146], затем его отложили на конец мая[147], а после этого и на 23 июня[148]. Последний перенос объяснялся желанием Тито, собиравшегося в Москву в конце мая – начале июня 1946 г., узнать мнение советского руководства о планировавшейся встрече.
Ходжа с воодушевлением принял приглашение югославской стороны, намеревавшейся в ходе визита обсудить все проблемы, обременявшие двусторонние отношения[149]. Накануне отъезда албанский лидер заявил, что стал жертвой интриг, инициированных некоторыми членами партийного руководства с целью его дискредитировать, лишить властных полномочий и низвести до уровня статиста. По-видимому, Ходжа полагал, что встреча с Тито поспособствует укреплению его позиций и увеличит шансы одержать верх во внутрипартийной борьбе[150]. Югославская сторона намеревалась использовать предстоящую встречу для подготовки подписания базового межгосударственного соглашения, которое бы наметило направления дальнейшего сотрудничества[151].
Албанская делегация, прибывшая в Белград 23 июня 1946 г.[152], была принята на высшем государственном уровне и размещена во дворце Стари Двор в районе Дединье. По приезде Ходжа удостоился высшей югославской награды — звания Народного героя[153]. О пребывании албанской делегации сохранилось совсем немного свидетельств. О содержании переговоров мы можем судить только по написанным Ходжей мемуарам, от которых веет враждебностью в отношении Югославии и И. Брозу Тито. Согласно воспоминаниям албанского лидера, во время встречи он заявил, что Косово, Метохия и прочие югославские области, в которых албанцы составляют большинство, следует присоединить к Албании, которая стремится к тому, чтобы укрепить свой статус свободного, суверенного и самостоятельного государства. Йосип Броз якобы принципиально согласился с предложением, подчеркнув при этом, что вопрос не удастся решить быстро и окончательно из-за неминуемого противодействия сербского фактора[154]. Броз выступал за создание Балканской федерации, механизмы которой позволили бы легко и элегантно устранить проблему. Ходжа выразил с этим согласие, настояв, однако, на том, что следует отдельно рассматривать формирование федерации и статус Косова и Метохии. При этом, по его мнению, необходимо было немедленно приступить к подготовке передачи этих югославских областей Албании[155].