Я улыбнулся своей самой обманчивой улыбкой:
– Давай попробуем стать друзьями! Мы можем объединить силы против всех этих недоумков!
Она замялась:
– Ты ведь знаешь… это может сыграть против нас?
– Безусловно! Но если мы потерпим крах вместе – это же будет весело!
Аня покачала головой с ухмылкой:
– Ты точно уверен в своем сарказме?
Я бросил взгляд на её лицо и заметил легкую улыбку; возможно, она начала воспринимать мою странную логику.
В этот момент я понял: чтобы вернуть свои прежние ощущения свободы и уверенности (да-да!), мне придется научиться понимать эту заблудшую душу по ту сторону зеркала.
На следующий день в школе нас ждали испытания: популярные ребята из нашего класса устроили очередную «веселую» игру под названием «Кто лучше всех посмеется над Аней». Чувствовалось напряжение в воздухе; каждый знал свою роль: кто-то должен был смеяться громче всех, кто-то подбадривать остальных своим уколом остроумия.
Когда мы вошли в класс вместе с Аней (что само по себе было немыслимо), поток шуточек и пренебрежительных слов накрыл нас обеих буквально волной смеха. Я почувствовал себя неловко; моя собственная шутка могла стать следующей мишенью для издевательств.
Но вместо того чтобы уйти или сделать вид, что всё нормально (как делала бы Аня), я развернулся к классу:
– Эй вы! Вы все такие смешные! Вы точно должны получить премию за лучшее представление!
Светлый смех разразился по аудитории; многие начали смотреть на меня с недоумением. Даже некоторые из «зверей», которые обычно нападали на Аню вслед за стаей.
Аня была ошарашена; возможно, она не ожидала подобного поворота событий от меня.
Я продолжал говорить:
– Вы когда-нибудь задумывались о том, насколько глупо смеяться над кем-то? Или вам просто не хватает воображения?
Класс замер; несколько секунд тишины затянулись до бесконечности.
А потом поднялся один из наиболее популярных парней – тот самый типичный «король школы», который всегда знал всё лучше всех:
– Да ладно тебе! Подобные вещи – это часть жизни!
Черт возьми! Как же он был прав…
Но вместо того чтобы снова укрыться за сарказмом или уступить его логике безразличия к чувствам других людей, я ответил:
– Может быть… Но иногда стоит остановиться и задуматься над теми моментами счастья или страха других людей!
Некоторые начали переглядываться между собой; выражение лиц стало более серьезным. В этот момент я понял: возможно ли хоть немного изменить отношение окружающих к Ане?
И даже если мне не удастся пробудить в них эмпатию сразу же – начало положено!
Даже несмотря на всю эту комедию абсурда под названием «взаимопонимание», я вдруг почувствовал себя более живым среди этих серых стен школы. Мои шутки стали менее острыми; вместо этого появился новый тонкий слой настоящих эмоций – страх перед провалом и надежда на перемены.
Как ни странно звучит – у меня появилась цель: попытаться создать хотя бы малую империю дружбы для той самой забитой девочки по ту сторону зеркала. И вот так началась моя борьба за понимание себя через призму другого человека…
Знакомство с трудностями
Свет в классе мерцал, как будто сам засыпал под тяжестью непонятной атмосферы. Я сидел за партой, потирая затылок и разглядывая, как Аня прячется за длинными волосами, словно стараясь слиться с обстановкой. Мои одноклассники шептались между собой; их взгляды метались от меня к ней, словно какая-то игра в прятки. В этот момент я понял: что-то в нас изменилось. Я был готов взять на себя эту ношу.
– Эй, Аня! – крикнул я, поднимая голос так, чтобы он раздался по всему классу. – Как насчет того, чтобы вместе сделать проект по биологии? Это будет весело!