– Это значит, мы можем вернуться к родителям? – Катрин рот приоткрыла от восторга.
– Так точно, рядовой Апель, – майор понимал, что для детей из Токио сейчас безразличны и хищники, и опасная работа добытчиков, и предполагаемая семья, и даже двое детей. Для них сейчас важно одно – вернуться домой, туда, где остались их родители, братья и сестры, которые смогли сдать тест на интеллект. Вот подрастут, тогда крепко задумаются, стоит ли возвращаться в город, где почти всех рожденных ими детей могут выбросить на свалку. – Вы можете вернуться и раньше, когда вам исполнится восемнадцать лет, если сдадите тесты в городе на физическую подготовку. Тогда будете жить в общежитии.
Мадлен от этих слов съежилась, Арташес тоже будто ощетинился – они не могли вернуться домой ни при каких обстоятельствах. Дома не существовало. Чем утешить их? Тем, что очень скоро приют станет для них вторым домом? Вряд ли они поверят.
– Сейчас можете идти на завтрак, а после этого жду в спортзале. Скажете, в какой класс хотите определиться, и сдадите тест на физическую подготовку. Разойтись, – скомандовал он. Какое-то время смотрел им вслед. Новая партия. Будущие сержанты и лейтенанты. Будущие покорители городов.
Только две девушки в приюте получили звание младшего лейтенанта – две подруги Александра Карангело и Алина Бабеш. Остальные либо не подходили для этого звания по возрасту, либо уже вышли замуж и воспитывали детей. Александра мечтала стать старшим лейтенантом и шла к цели с удивительной настойчивостью. Но, когда встал вопрос о том, кто еще получит звание старшего лейтенанта – она или Филипп Ле Пан, семнадцатилетний парнишка, проходивший норматив на три секунды дольше нее, – майор без рассуждений предпочел Филиппа, а ей заявил: «Тебе пора замуж. Не женское дело командовать». Александра пришла в ярость, но изменить ничего не могла. Майор единолично решал, кому присваивать звание. Подруга, как могла, утешала ее. Сама Алина о подобном не мечтала.
Сильная, выносливая Карангело отличалась яркой внешностью. Темные густые волосы, красивые черные глаза, правильной формы нос и пухлые губы в сочетании с нежной белой кожей делали ее неотразимой. Будто для того, чтобы походить на ребят, она коротко стриглась, не следила за внешностью. Но даже это не могло ее испортить. Как не помогали никакие ухищрения Бабеш, хоть немного смягчить резкие черты лица.
Александра могла бы выйти замуж, как только попала в приют, многие лейтенанты обращали на нее внимание. Но, если кто-то из ребят делал хоть слабую попытку ухаживать за ней, Александра высмеивала беднягу так, что напрочь отбивала охоту повторить попытку. В конце концов ее оставили в покое.
И все-таки у нее остался один тайный поклонник. Славику Звереву недавно исполнилось девятнадцать, и если он до сих пор не женился, то лишь потому, что ему нравилась Александра. Два года он наблюдал, как девушка отшивала одного кавалера за другим. И каждый раз прокручивал в голове: «А вот если подойду я, то я скажу… А она ответит…» Дальше этих мыслей дело не шло.
Но сегодня ночью он принял твердое решение пригласить ее на свидание. «Сколько уже можно сомневаться? Посмеется, так что ж… По крайней мере, буду знать, что шансов и у меня нет…» Сделав глубокий вздох, чтобы успокоиться. Он догнал ее сразу после построения:
– Александра… Алекс… – крикнул он ей вслед, но она не слышала – шла в столовую с девочками-воспитанницами из второго класса. Те с восторженным обожанием взирали на наставницу. – Младший лейтенант Карангело! – крикнул Славик наконец.
Девушка остановилась как вкопанная, обернулась. Зверев пробрался к ней, убирая с дороги первоклассников.
– Не дозовешься тебя… – недовольно пробурчал он.
Девушка лукаво прищурилась:
– Ты что-то хотел?
– Поговорить. Пять минут найдется?
Оценивающий взгляд с головы до ног. Заметила и его взволнованное дыхание, и невольный румянец от ее взгляда. Она повернулась к девочкам, с открытым ртом следящим за ней.
– Идите, я подойду через пять минут.
Они неохотно двинулись дальше, поминутно оглядываясь. Славик видел это, потому что смотрел им вслед – на Александру взглянуть не решался. Девушка, наоборот, пристально всматривалась в него, едва сдерживая смех. Потом не выдержала, прыснула и поинтересовалась: