Братья на спор подтягивались на турнике. Андрей даже пиджак не снял, тонкие голые щиколотки смешно торчали из штанин.
– Боже мой! – Варя не знала, смеяться или плакать. – Я чувствую себя мамой-обезьянкой из мультфильма10. Вы завтракать идете или нет?
Несколько минут все ожесточенно стучали ложками по тарелкам. Потом Андрей остановился и тоже промямлил:
– Мам, прости меня.
– За что? – удивилась Варя.
– Я вчера взял монету… Ну ту, которая сто рублей странная.
– И потерял? – догадалась Варя. – Что с тобой сделать? Ведь я же знала, что потеряешь, поэтому и запретила брать в школу. Лучше бы пригласил друзей к нам, чтобы ее посмотреть. Так, оставшиеся монеты отдайте мне. Сергей, принеси.
Старший исчез в комнате и вскоре провозгласил из зала:
– Ну ты пенек, Андрей!
– Что случилось? – поинтересовалась Варя.
Сергей вернулся на кухню и выложил монеты перед матерью:
– Один, два, три, четыре. Вот она, сторублевая. Дома забыл, а думал, что потерял. Пенек! – он потрепал вихры заметно повеселевшего брата.
– Всё равно я их положу у себя, – заявила Варя.
Первой вскочила Галя, поцеловала маму в щеку.
– Я побежала! – немного подумала и еще раз поцеловала ее, добавив с придыханием: – «Ее губы пахли свежим хлебом и жареным яйцом…»
– Это из твоего нового романа? – рассмеялась Варя.
– Нет, – хохотнула девушка, – но я всерьез думаю о том, чтобы включить туда эту фразу. А то почему-то почти всегда героиня пахнет какой-нибудь корицей или лавандой. Да кто сейчас знает эти запахи? Вот жареное яйцо – это да.
– Мам, я тоже пошел, – следующий поцелуй от Сергея.
– Ключи не забыл?
– Нет, – он звякнул карманом в подтверждение.
– Остальные ждут меня!
Уже перед школой она поцеловала младших.
– Всем удачи. Возвращайтесь с пятерками.
Они побежали по ступенькам, а Варя, выждав небольшую паузу, поднялась следом. Это так удобно, когда работа рядом. А если и дети рядом – вообще красота. А если еще тебе не приходится вести уроки в классах, где почему-то большинство детей и близко не похожи на твоих собственных, вообще красота.
Многие чужие дети привыкли, что на них кричат, их бьют и обзывают, поэтому нормального человеческого обращения почти не воспринимают. Вернее, не сразу воспринимают, потому что считают это слабостью.
Варя еще не открыла дверь библиотеки, а ученики уже мчались за ней:
– А книгу взять можно?
– А сдать?
– А вы сегодня работаете?
– На следующей перемене подходите, – ответила Варя сразу всем.