И Борис, для собственного оправдания пожав плечами, руку всё же подал. Антон, когда рука Бориса была у меня, вдруг кинулся к машине, крикнув:
– Минуту…
Потом появился со своим ноутом, вложил мне в руку свою, а ноутбук протянул в сторону Бориса. Через пластик цепь останется незамкнутой, потребовал:
– Брось ноутбук! С ним не удастся…
Антон смотрел непонимающими глазами. Как это можно бросить здесь его бесценный прибор? Но решение он всегда находил быстро. Расстегнул куртку, заправил гаджет за подтяжки и взялся за наши руки. Едва цепь замкнулась, я звёздочкой почувствовал ток. Они были слишком разнополюсными, мои товарищи. Но цепь замкнулась и я к рывку стал стремиться.
– Держитесь крепче и до конца перехода, пока не скажу, не отпускайте! – схватился намертво, показывая как надо.
Все замерли, процесс пошёл. Ох, как же туго всё это было! Как нелепо сопротивлялся Боря и как был инертен Антон. Всё приходилось делать одному! Что-то подобное предвиделось, но я даже не догадывался с чем придётся столкнуться.
Только через минуту и они почувствовали, силищу. Боря, с такими ощущениями не знакомый, бормотал проклятья, пытался вырвать из захвата руки, но мы с Антоном держали надёжно.
Основное началось на третьей минуте. Сперва изменился вес, земля к подошвам не прижималась. Потом обмануло зрение, обстановка, вместе с моими попутчиками, замерцала и расплылась до серой непрозрачности. Вот он временной портал! Теперь всё зависело от терпения! Каждая секунда в этой пелене уносила в прошлое всё дальше.
Первый раз с Оксаной у нас было по-другому, за короткий отрезок времени одолели реальный час, вернувшись в то же место. Летели стрелой! И мощность перехода в портал в тот раз набралась за секунды. Пых, и мы уже в непроглядной серости.
С этими же двумя я начал тяжело и вряд ли сумею увести настолько далеко, как хотелось.
Борис окончательно поник уже через пять минут. Его руки ослабли и, несмотря на невесомость, он стал складываться к земле. Пришлось мне разрывать контакт и подхватывать бесчувственного Борю. Он без сознания, я и сам близок к этому, ноги и руки от прошедшего напряжения дрожат, голова кружится. Мы с теоретиком повалились в мокрую траву. Антону, как самому крепкому, пришлось ловить обоих.
Когда смог отдышался, ещё с закрытыми глазами, я спросил: «который час?», всё равно у кого.
– Минут десять прошло. – не разобрав, ответил Антон.
– Ко-то-рый час? – повторил я упрямо.
– Н-наверное, девять уже! – с удивлением сказал он, продолжая не понимать.
Я открыл глаза:
– Очнись, Антон! Где твоя машина?
До портала его тёмно-синяя красавица стояла под кустом, за спиной Антона. Теперь там была только непримятая трава, автомобиль исчез. Антона это так поразило, что он вскочил:
– Вот, чёрт! А куда?..
Я перебил:
– Она будет позже, а мне, чтобы успеть, нужно знать который час!
Антон, всё ещё в тумане, поднял к носу запястье, чтобы рассмотреть часы, но поняв бессмысленность жеста, опустил руку, выдохнул и огляделся:
– Светает. Сейчас где-то около восьми. Так было когда подъезжали к первой засаде…
– Рано вышли! – резюмировал я. – Ещё хоть бы пару минут… – тогда бы мы успели. Нас подвёл Боря, которого к тому же больше нельзя так таскать. Я встал и посмотрел на него. И как бы под моим взглядом, тот открыл глаза и заморгал. Когда ему помогли сесть, он стал трястись как в лихорадке.
– Водки бы! – пожаловался он, обхватив себя за плечи.
– Алкоголик! – резюмировал Антон. – Нет у нас водки!
– Там на заднем сидении в чёрном пакете. – пробормотал Борис, указывая за спину Антона.
– Машинка выпила твою водку, закусила чёрным пакетом и тю-тю! – засмеялся Антон.
– Нету машины! – пояснил я.