Маркус достал рулетку – старомодную, механическую, доставшуюся ему от отца. Растянул её вдоль пола. Тридцать метров – максимальная длина. Отметил точку, перешёл дальше, растянул снова. Семнадцать метров и двадцать три сантиметра до переборки.
Итого: 47.23 метра.
Почти совпадало с лазером. Но радар по-прежнему показывал 52.1.
– «Сократ», – позвал Маркус, и его голос эхом прокатился по пустому коридору. – Ты фиксируешь аномалии в измерениях расстояний?
– Да, – ответил ИИ из ближайшего динамика. – За последние четырнадцать часов зафиксировано триста семьдесят две флуктуации метрических показателей в различных частях корабля. Отклонения варьируются от двух до одиннадцати процентов от базовых значений.
– Причина?
– Интерстиция не обладает фиксированной метрикой пространства. Расстояние между двумя точками зависит от метода измерения и, предположительно, от траектории между ними.
Маркус сложил рулетку, сунул её в карман комбинезона.
– То есть все три измерения правильные? И лазер, и радар, и шаги?
– Корректнее сказать: ни одно из них не является более «правильным», чем другие. В условиях неопределённой метрики понятие «истинного расстояния» теряет смысл.
– Замечательно, – буркнул Маркус. – Просто замечательно.
Он двинулся дальше по коридору, к двигательному отсеку. Под ногами привычно гудел пол – вибрация систем жизнеобеспечения, работающих в фоновом режиме. Хотя бы это было нормальным. Хотя бы это подчинялось законам, которые он понимал.
Дверь двигательного отсека открылась с тихим шипением. Маркус вошёл – и остановился.
«Игла времени» висела в центре помещения, окружённая кольцами стабилизаторов. Веретено из чего-то тёмного и гладкого, примерно два с половиной метра в длину, без видимых швов, без индикаторов, без каких-либо признаков технологии в привычном понимании. Она не вращалась, не светилась, не издавала звуков – просто была. Присутствовала.
Маркус подошёл ближе. Он уже видел «Иглу» – мельком, когда обходил корабль сразу после пробуждения, – но тогда не останавливался рассмотреть. Теперь он разглядывал её с тем пристальным вниманием, которое обычно уделял сложным механизмам.
Поверхность была матовой, поглощающей свет. Не чёрной – скорее,
Он достал сканер – универсальный анализатор, способный определить состав практически любого материала. Навёл на «Иглу». Экран мигнул, выдал серию символов, потом – сообщение об ошибке.
«МАТЕРИАЛ НЕ ИДЕНТИФИЦИРОВАН. АТОМНАЯ СТРУКТУРА НЕ ОПРЕДЕЛЕНА.»
Маркус попробовал другой режим сканирования. Тот же результат. Третий режим – ничего. Сканер просто не мог понять, из чего состоит «Игла». Не «неизвестный элемент» – это было бы объяснимо. Прибор утверждал, что атомной структуры
– «Сократ», что ты можешь сказать о составе «Иглы»?
– Согласно имеющимся данным, «Игла времени» не состоит из атомов в обычном понимании. Наиболее точное описание: информационная структура, принявшая форму материи. Она существует, имеет массу, занимает объём, но её «вещество» – не вещество в физическом смысле.
– Информационная структура, – повторил Маркус. Слова имели смысл по отдельности, но вместе складывались во что-то, чего он не мог осмыслить.
– Представьте программу, которая каким-то образом стала твёрдой. Или математическую формулу, которую можно потрогать. «Игла» – нечто подобное, хотя аналогия неточна.
Маркус протянул руку к поверхности «Иглы». Не коснулся – остановился в нескольких сантиметрах. Воздух рядом с ней казался другим: плотнее, тяжелее. Или это было его воображение.
– Опасно?
– Неизвестно. Предыдущие записи указывают, что прямой контакт не причиняет немедленного вреда. Однако рекомендую соблюдать осторожность.
«Предыдущие записи». Маркус отметил формулировку. Кто-то уже трогал «Иглу». Возможно, он сам – в прошлом, которого не помнил.