Он взял принтерный лист – распечатку временного ряда позитронного потока с нанесёнными шестью кластерами – и переложил его ближе к клавиатуре. Потянулся к кружке из термоса – в ней давно было пусто, он забыл – и поставил кружку куда-то, не глядя, одновременно открывая новое окно.
База данных CTBTO была открыта у него в другой вкладке. Ядерные испытания с 1945 года.
Он не знал точно, что искал. Он знал только: если источник регистрирует гравитационные возмущения от нас – то крупнейшие ядерные взрывы должны были дать ему самые сильные сигналы. И если он реагировал на эти сигналы изменением активности – то изменение активности должно было дойти до нас в виде… чего?
В виде изменения потока частиц через механизм смешивания.
С задержкой. Сигнал идёт со скоростью света – распространение гравитационных возмущений тоже. Расстояние 0.12 астрономической единицы – это 18 миллионов километров. Скорость света – 300 тысяч километров в секунду. Время распространения: 18 000 000 / 300 000 = 60 секунд в одну сторону. Две минуты – туда-обратно. Это не задержка – это мгновенно.
Значит, если они реагируют – они реагируют почти мгновенно.
Но его временной ряд имеет разрешение в несколько месяцев. Мгновенная реакция на отдельный взрыв в таком разрешении – один точечный всплеск в один момент времени. Это объясняет кластеры? Нет – кластеры растянуты на месяцы.
Если только это не реакция на целую серию взрывов. Серию ядерных испытаний – нескольких стран, нескольких лет. Они суммируются. Они создают не один всплеск, а широкий кластер.
Он открыл базу CTBTO. Запросил список всех испытаний мощностью выше одной мегатонны. Отсортировал по годам.
1961–1962. США и СССР гонят испытания. Это период Холодной войны, Берлинский кризис, Карибский кризис. Сотни испытаний. Царь-бомба – 50 мегатонн, октябрь 1961-го.
Он нашёл этот год в списке и посмотрел на суммарную мощность ядерных испытаний за 1961-й.
Почти двести мегатонн суммарно. Только в 1961 году.
Потом посмотрел на 1962-й.
Тоже около двухсот мегатонн. Больше двухсот.
Потом – на 1963-й. Договор о запрещении испытаний в атмосфере. Мощность резко упала.
Он переключился на свой временной ряд.
Первый кластер позитронных событий – 2003–2004 годы.
Какие крупные ядерные события были в 2003 году? Он не помнил – в 2003-м он был студентом. Он поискал в базе.
2003 год – тихий год по ядерным меркам. Но 2001–2002: Индия и Пакистан, обострение. Испытания. Плюс – в конце 1990-х Индия и Пакистан проводили серию подземных испытаний. Временная задержка реакции?
Нет, он уже посчитал – задержка мгновенная по меркам его данных.
Он откинулся и уставился в потолок.
Что-то не складывается.
Он снова взял листы бумаги – все, которые написал этой ночью – и разложил их в ряд. Временной ряд позитронного потока. Карта пульсарных отклонений. Лунный дальномер. База ядерных испытаний.
И посмотрел на них вместе.
Тогда он увидел.
Кластеры позитронного потока. Шесть кластеров за двадцать лет – с 2003-го по 2023-й. Это его данные. Но период 11.3 года означал, что цикл начался не в 2003-м. Цикл начался раньше. Много раньше. Если период 11.3 года – то предыдущий кластер был в 1992-м, а до этого – в 1981-м, в 1970-м, в 1958-м…
Он писал даты на бумаге. 1958. 1947.
Два года после Хиросимы и Нагасаки.
Он остановился.
Его кружка стояла на одном из листов – он только сейчас это заметил. Термосная кружка, которую он брал из дома, которую ставил куда попало, не глядя – стояла прямо на распечатке временного ряда. На том месте, где был нанесён первый кластер. 2003–2004 годы.