– Сволочь! – закричал он. – Ты мне нос сломал!
Евгений развёл руки в стороны, как бы демонстрируя своё недоумение.
– Извини, не хотел. Не думал, что ты так глупо подставишься.
– Да пошёл ты!.. – продолжал кричать Павел. – Вали отсюда! И чтоб ноги твоей здесь больше не было, понял?!
Евгений стянул с кистей рук перчатки, швырнул их на пол.
– Понял. В душевую могу пойти?
– Дома сходишь.
Вдовин презрительно усмехнулся.
– Да, конечно. Прощай, бывший друг!
Он выбрался за канаты и пошёл в раздевалку.
Едва перешагнув порог квартиры, Евгений первым делом полюбовался на себя в зеркало. Так и есть, правая скула слегка припухла. В остальном, кажется, внешний вид не слишком пострадал.
Из кухни в прихожую вышла мать. Пригляделась к сыну.
– Женя, ты подрался?
– Нет, мам, на ринге побоксировал.
– Чего же тогда невесёлый такой? Проиграл бой?
Евгений небрежно махнул рукой.
– Так, ерунда. С Пашкой поссорился. Повёл он себя по-свински. Из-за этого и настроение испортилось. Ладно, ничего страшного. Поеду к Маше, она его быстро поднимет.
– Не переживай – помиритесь, – успокоила мать.
– Вряд ли. Лично у меня нет желания мириться с ним.
– Надо помириться, сынок, – настойчиво сказала мать. – Будь снисходителен к чужим недостаткам. Всё же Паша – твой старый друг.
– Мама, у меня тоже есть свои недостатки, требующие снисходительного отношения, – возразил сын. – И один из этих недостатков – нетерпимость к тем, кто ведёт себя по-свински.
Мать махнула рукой, как бы прикрывая тему.
– Ладно, сами разберётесь. Кушать будешь?
– Нет, мам, не буду. Приму душ и поеду. У Маши поем.
Он взял полотенце и отправился в ванную.
Чтобы пройти к автобусной остановке, требовалось обогнуть длинный многоподъездный дом. К торцу дома примыкало высокое крыльцо, ведущее к двери, над которой красовалась надпись «Живое пиво». У крыльца топтались трое мужиков с похмельными злыми лицами. Увидев Семёна, мужики преградили ему путь.
– Слышь ты! Дай стольник – здоровье поправить. Нам не хватает.
Семён обошёл троицу. Один из мужиков схватил его за рукав.
– Оглох, что ли? Сотню дай!
– Не дам, – Семён рывком освободил руку и быстро зашагал дальше.