– Да, милый! Я не буду больше плакать.
– Вот и прекрасно! Мы ведь не надолго расстаёмся.
– Да.
– Как только доберёшься, сразу позвони мне. Обещаешь?
– Да.
– Я буду ждать твоего звонка. Сообщай мне обо всём, что у тебя происходит. Даже если передумаешь, всё равно позвони. Я пойму и прощу. Только не теряйся.
– Я не передумаю. Ты тоже звони, даже если передумаешь.
Он наклонился к ней, коснулся губами её полуопущенных век.
– И не надейся!
– Что позвонишь? – негромко спросила Лена.
– Что передумаю, – ответил Вадим.
Лена тихонько вздохнула.
– Вадик, мне пора. Скоро подъедет такси.
Когда они спустились, машина уже ждала у входа. Весь путь до аэропорта ехали молча – не потому что им было нечего сказать друг другу. Просто самые главные слова они берегли для последних минут перед расставанием.
Машина подъехала к зданию аэровокзала. Вадим расплатился с шофёром. Потом надел шляпу, тёмные очки и лишь после этого выбрался из салона.
Лена засмеялась.
– Ты похож на Джеймса Бонда.
– Ничего не поделаешь. Иначе нам не дадут проститься по-человечески.
Они вошли в здание. В одной руке Вадим нёс чемоданодъехала к зданию аэровкзала. для последних минут перед расставанием. Лены, в другой держал её руку. Лена зарегистрировала билет, сдала свой багаж и вернулась к своему спутнику. Они стояли у барьера, за которым начиналась зона вылета. Стит Лене переступить эту черту, и они будут находиться на разных территориях. Он – на земле, она – на пути в небо. Короткий коридорчик упирался в дверь. За этой дверью Лена пройдёт контроль и будет ждать, когда пассажиров пригласят на посадку в самолёт. А пока они вместе, пока их ничто не разделяет.
– Сколько у нас в запасе времени? – спросил Вадим.
– Я думаю, на четверть часа мы можем рассчитывать, – сказала Лена и с грустью добавила: – Так мало!
– Но зато это время наше, только наше. Мне так много надо тебе сказать!
– А я вас узнала, – услышал он набившую оскомину фразу. – Ведь вы – Вадим Берестов?
Женщина-контролёр с радостной улыбкой смотрела на него.
– Нет-нет, вы ошиблись, – ответил Вадим.
– Да вы не волнуйтесь, я никому не скажу, – заверила женщина полушёпотом, словно заговорщик, – Только черкните мне автограф на этой открытке.
– Ради Бога, потом! – попросил Берестов умоляющим голосом. – Вы же видите!..
Знакомое чувство досады уже заползало в душу, отравляло настроение.
– Конечно-конечно! – воскликнула контролёр. – Я подожду. Не буду вам мешать.
Однако разговор был услышан. Женщина лет сорок подошла к Вадиму и, протянув ему открытку с его портретом, попросила: