Игорь Дроздов – Светлые очи мага Ормана (страница 36)

Мар-ди отчетливо представил наставника – Бадиола-Джамала. Казалось, этот крепкий старик с неукротимым духом и обезоруживающей нежностью стоит рядом с ним и ободряюще улыбается. Он нашел его на Гоште, дал ему имя. Он дожил до седин, но так и не получил звание выше минарса. Учителю Мар-ди долгими ночами рассказывал без утайки о своей жизни, мечтах, желаниях и поражениях. Утром становилось стыдно: зачем рассказал? Что если Бадиол-Джамал передаст его слова выше и это навсегда лишит его возможности стать туралом? Но получилось наоборот. Именно его откровенность помогла в двадцать четыре года стать равным престарелому минарсу. Наставник в личной беседе поведал кое-что одному из диригенсов, тот доложил ареопагиту, и вот – молодой Мар-ди впервые ступает в храм Света. Серебристые лучи, исходящие от стен, перемешиваются с белыми лучами, льющимися с алтаря. Свет, пронзает насквозь. Впервые в сознании появилось недоумение: как люди, знающие Свет, могут выбирать тьму?

А ведь могут – и Ланселот тому свидетель. Мар-ди вновь ощутил его недовольство.

«Как ты все-таки выглядишь? – мысленно он будто бы тоже беседовал с противником, хотя так и не произнес вслух ни слова. – Меняешь внешность как ареопагит? Прикидываешься стариком или наоборот цветущим юношей? Воспитываешь детей и внуков, ублажаешь жену или семейному уюту предпочитаешь посещение борделей?» Он не получил ответа. Ланселот оставался таинственной фигурой, о которой никто ничего не знал. И поэтому они до сих пор не могли справиться с ним!

16 июня, около девяти утра, лагерь недалеко от Дверь-камня

Владислав вскочил. Ладонь машинально хлопнула по пустой кобуре. Лицо побелело от разочарования – без оружия он чувствовал себя как монашка без платья. Надо срочно добыть себе хоть что-нибудь…

Серый летел обратно, как кот от злобного пса. Влад недоуменно оглянулся на сотрапезников. Те наблюдали за происходящим, но с места вскакивать не спешили. Асуэл продолжал лениво пожевывать зеленую дольку незнакомого Владиславу плода. Почему такое спокойствие? Нет опасности или плевать на судьбу непонятного пришельца?

На краю леса, сразу вслед за берущим высокие ноты воришкой, показалась высокая фигура, закутанная в серый плащ. Воины отряда – и эльфы, и урукхаи – встали, но за оружие никто не хватался. Поднялись и военачальники, с которыми обедали люди. Вольф поднялся на лапах.

Сергей навострился проскочить мимо мента и мчаться дальше и дальше за горизонт, но тот подхватил его под локоть. На Влада уставились глаза со сжавшимися от ужаса до размеров точек зрачками.

– Таааам… там… Он… – зубы Серого плясали, так что говорить внятно он не мог.

Владислав на всякий случай затолкал его за широкие спины аборигенов. Пусть они первые разбираются. Потом и собой заслонил, чтобы воришка быстрее в себя пришел. Сработало. Серый справился с дрожью и зашептал горячо, чтобы другие не услышали:

– Я пошел… а тут с неба… Я даже не понял сначала… Мышенция летучая. Вот такенная, – он растянул руки, как рыбак, показывающий, какую акулу выловил. – Прямо передо мной. Под ноги. А потом человек встал. Может, лучше уйти? – он просительно взглянул на него. Влад не согласился:

– Успокойся. Видишь, никто не дергается? Они лучше нас знают, надо убегать или нет.

Человек шел по расположившемуся в лесу лагерю. Эльфы, урукхаи и вольфы почтительно ожидали, когда существо пройдет мимо, после этого садились.

– Подожди, вот вблизи его увидишь, посмотрю, что скажешь, – надулся Серый и спрятался за спину.

Мужчина приблизился, и Влад смог его рассмотреть. Первое, что пришло на ум: «Хороший бы баскетболист из него получился». Пришелец явно выше Влада на две головы. Лицо его сразу напомнило белокожего сержанта Бельского, который после первого же дневного дежурства летом становился красным как рак. Лысый как коленка череп бросал блики от солнца не хуже зеркала. Крючковатый нос казался горой между запавшими щеками. Губы – почти ниточки. Глаза, словно острые черные иглы, пронзали насквозь. «Мышенция» будто не только содержание кишок у всех проверила, но и состав крови оценила. Тело, закутанное в серый плащ, можно принять за ожившую лестницу – мяса на нем, будто совсем нет, одни кости. И походка какая-то странная. Он словно вообще не переставляет ног. Так и идет, весь сразу.