– Ну а что, вон Жуковы, оба женаты, живут с родителями. Правда, у них трёшка. Поместимся, – слова брата ещё больше укрепили Егора. Он был благодарен ему за поддержку.
Мама отнеслась к заявлению с осторожностью:
–Егорка, подумай! Может, вы торопитесь. Окончишь училище, поработаешь, оглядишься…
Отец перебил её:
– Ты что, не понимаешь. Его могут распределить к черту на куличики. А так он в Москве останется. Правильное решение, сын. Чем сможем – мы поможем.
2.
Свадьбу сыграли в мае. Родители жениха и невесты общими усилиями организовали все на достаточно приемлемом уровне. Сняли кафе. Пригласили друзей и родственников.
Первую свадебную ночь молодожёны ночевали у родителей невесты, так как в квартире родителей жениха остановились гости.
Когда свадьбу отгуляли и родственники разъехались, молодожёны радостные шли в родительский дом Егора, как им казалось, к себе домой.
Первым в коридоре их встретил брат. Видно было, что он не совсем трезв. Но ведь это и понятно – он гуляет по поводу свадьбы своего родного младшего брата.
– Давайте сразу договоримся. Мне все равно где вы будете жить, но маленькая комната моя и ко мне не суйтесь. – Его слова ошеломили Егора. Как так, ведь все уже обсудили. Ещё раньше, до свадьбы. Ведь все было хорошо, и все были согласны.
В коридор вышел пьяный отец:
– Забирай свою шалаву и проваливай! Ни хрена в жизни ещё не сделали, а лезете! Хотите квартиру у меня забрать! Вы сначала заслужите, а потом требуйте!
Как Егор оказался на улице он уже не помнил. Он пытался успокоить бившуюся в истерике молодую супругу, свою любимую девушку, с которой он дружил со школьной скамьи, с которой он не один год ходил за ручку.
– За что они так!? Ведь я не заслуживаю такого обращения! Как они смели! А ты!? Ты даже ничего не сказал в мою защиту! – возгласы обвинения разрывали Егору душу.
Следующий месяц Егор делал все, чтобы не попадать в увольнения. Он напрашивался в наряды на выходные, ходил в караул. Во-первых, ему надо было все обдумать и взвесить. Во-вторых, решить, что делать дальше.
Супруга жила у родителей. Каждый день он писал ей письма, и она ему каждый день на письма отвечала. Она задавала вопросы, что дальше, а он отвечал ей, что всё будет хорошо, он обязательно найдет выход и примет правильное решение.
Регулярно приходили письма от мамы. Его любимой мамы. Она у него была самая лучшая, но в семье не имела ни влияния, ни голоса.
3.
В роте вывесили предварительные списки распределения.
Напротив фамилии Егора стояла надпись – «Домодедово». Все, как и планировал.
Егор взял лист бумаги, сел за стол в Красном уголке и написал «Начальнику училища… Рапорт…»
Командир роты прочитал рапорт и внимательно стал смотреть на курсанта:
– Ты же хотел в Домодедово? Все делал, чтобы в Москве остаться. А сейчас? На хрена же ты тогда женился?
– Товарищ майор, я все взвесил и решил, что жить надо начинать с периферии, а родственников любить издалека. Чем дальше – тем сильнее.
– А супруга твоя, что говорит по этому поводу.
– Она одобряет моё решение, как единственно верное и готова следовать за мной хоть на край света…
До момента распределения Егор старался как можно реже бывать в увольнениях. А в те дни когда приезжал, они с супругой целыми днями гуляли по Москве и только поздно ночью, крадучись пробирались домой к её родителям. Они ложились спать в заботливо подготовленную её матерью кровать, а рано утром вставали и уходили. Её родители следовали определённому молодожёнами порядку. Они понимали, что любые их неосторожные действия, любые необдуманные советы, могут только усугубить ситуацию.
4.
Распределили Егора в один из сибирских авиаотрядов. Улетал он один. Супруга в этот момент сдавала госэкзамены, да и вначале надо было устроиться, оглядеться.