Глава 5
Точка сборов 06:15.
Утро пришло – как медленное всплытие со дна океана.
Я открыл глаза и несколько секунд не мог понять, где нахожусь. Потолок был чужим – деревянные балки, сквозь окно пробивается тонкий луч света, и в этом луче танцуют пылинки. Танец пылинок. Я подумал: интересно, сколько таких лучей я видел в своей жизни и не заметил, как они танцуют.
– Проснулся? – голос Любы был тихим. Утренним. Таким, каким он был раньше, много лет назад, когда мы еще просыпались не под звонок будильника, а потому что хотели проснуться друг рядом с другом.
– Ага.
– Саша сказал, выходим через час. Я кофе сварила.
Я сел. Тело чувствовало себя странно – не разбито, как обычно после недосыпа, когда ты ворочаешься и прокручиваешь в голове незакрытые задачи, а… пусто. Не в смысле усталости. В смысле свободного места. Будто из оперативной памяти выгрузили все фоновые процессы, которые жрали ресурс годами, а я и не замечал.
– Слушай, – сказал я, натягивая свитер. – А ты помнишь, когда мы в последний раз куда-то шли просто так? Не спланировав маршрут, не забронировав отель, не составив список «что посмотреть за три дня»?
Люба молчала. Наливала кофе в термос – движения спокойные, по женски плавные. Я вдруг заметил, как у нее двигаются руки. Раньше я этого не замечал.
– Наверное, никогда, – ответила она. – Мы всегда составляли маршрут. Даже в Золотое кольцо ездили по экселевской таблице.
– И что, плохо?
– Не плохо. Просто… – она запнулась. – Это была не поездка. Это был проект.
Я хотел возразить. Планирование – это эффективность. Это контроль. Это взрослое отношение к жизни. Но вдруг понял, что мне нечем крыть. Потому что Люба была права. Мы превратили жизнь в проект. Мы сами стали проектами. С дедлайнами, отчетами о проделанной работе. И в этом проекте не осталось места для чего-то, что нельзя измерить. Для простого, свободного течения жизни.
В дверь постучали. Не требовательно, а скорее для проформы.
– Ребята, я на улице, – голос Александра. – Не торопитесь, время есть.
Он стоял у входа в гараж, перебирая содержимое рюкзака. Рюкзак был старый, видавший виды, с нашивкой «Эльбрус-76». Я подумал о трех рюкзаках, которые висят у меня в шкафу: для трекинга, для города, «стильный кэжуал». Все почти новые. Все почти пустые. Я покупал вещи, которые должны были сделать меня другим человеком. Но человек оставался тем же. Менялись только рюкзаки.
– Александр, а можно спросить? – Люба подошла ближе, поправляя лямки своего комбинезона. – Вы вчера говорили про путь. Про то, что нужно понять, чего ты хочешь на самом деле. А если ты не знаешь? Если всю жизнь делал то, что надо, а что хочется – непонятно?
Александр поднял голову. Солнце подсвечивало его седину, и мне показалось на мгновение, что его волосы светятся изнутри. Оптика. Просто оптика.
– Люба, скажи мне честно: ты когда-нибудь пробовала ничего не делать?
– В смысле? – она улыбнулась. – Лежать на диване?
– Нет. Я имею в виду – действительно ничего. Не читать, не смотреть сериалы, не листать ленту, не думать о планах. Просто сидеть и смотреть на стену. Час. Два.
– С ума сойти можно, – сказал я.
– Вот именно, – Александр застегнул рюкзак. – Мы так боимся сойти с ума, что предпочитаем жить в безумии постоянной занятости. Потому что тишина страшнее. В тишине начинаешь слышать то, что кричит внутри.
Он поднял рюкзак. Легко. Будто тот весил не двадцать килограммов, а пару книг.
– Пошли. Дорога длинная, успеем наговориться.
Тропа начиналась прямо за домом. Не там, где мы гуляли в первый день, а с другой стороны – узкая расщелина в скале. Если бы не вбитые в камень металлические скобы, я принял бы ее за естественную трещину. Интересно, сколько раз я проходил мимо таких трещин в своей жизни, принимая их за то, что не ведет никуда?
– Здесь ходили задолго до меня, – сказал Александр, первым ступая на скобу. – Пастухи. Потом контрабандисты. Потом туристы. Теперь мы.
– А ягоды? – спросила Люба.
– Ягоды были всегда. Они просто ждали, когда кто-то захочет их сорвать.