Окаменение: мысль тускнеет, как дохлая рыба на льду.
Самоубийство: «Да и не гениально это всё… Банально».
Похороны: картошка почищена, сериал досмотрен.
И отравление наутро: ангина (ком в горле – недописанный диалог на пароме), мигрень (сцена измены в «Леруа Мерлен» сверлит висок), тоска (труп идеи бродит в крови, отравляя каждый вздох).
Рыжий комок с глазами-изюминками, теперь уже Бунтарь, а не Бармалей, запрыгнул на стол. Он прошёлся по клавиатуре, оставив на экране строку «щшгщшгщ». Потом улёгся прямо на мой блокнот с целями, прикрыв лапой пункт «Купить квартиру».
– Почему не пишешь? – дочь поставила чашку чая с мятой на стол, отодвинув кота.
– Страшно.
– Перед чем?
Я молчала. Потому что знала:
• Перед провалом (а вдруг это мусор?).
• Перед правдой (а если вытащит наружу то, что я прячу?).
• Перед пустотой (а если после неё – ничего? Если я и есть эта пустота?).
– Выплюнь, – сказала она просто, глядя на меня так, будто видела все эти циклы с самого моего детства. – Криво, косо, с грамматическими ошибками – неважно. Главное – освободи место. Для нового воздуха. И для новых камней, если уж на то пошло.
Я посмотрела на Бунтаря. Он сладко потягивался, сминая Танин график отпусков, принесённый мной для «мотивации». В его всепрощающем кошачьем бытии не было «надо». Было «хочу» – есть, спать, мять бумагу. Может, и мне начать с камня? Не с горы, а с одного камешка?
Я открыла новый документ. Назвала его не «Великий роман», не «Гениальный рассказ». Я назвала его: «Выплюнуть_камни.txt». Курсор мигал насмешливо, ожидая привычного отступления. Я вдохнула. Выдохнула. И позволила пальцам упасть на клавиатуру. Пусть это будут не идеальные слова. Пусть это будут просто слова:
«Бабушка пахла речной рыбой и дёгтем. Её руки, шершавые как наждак, могли вытащить занозу или душу… А ещё она никогда не ставила целей. Она просто жила. И, кажется, была счастливее меня».
Курсор мигнул и замер. Абзац. Всего один. Не шедевр. Но он существовал. Он был выплюнут. И на его месте внутри стало чуть-чуть просторнее.
P.S. Завтра я куплю корм. Для Бунтаря. И для своих слов. Пусть едят, когда захотят. Без графика. Без KPI. Просто потому, что хочется. И, кажется, я начну с них.
ЭГОИСТКА
(Манифест неудобной женщины)
Героиня: Марго, 37 лет. Дизайнер интерьеров.
Эпиграф:
Отказала в предложении руки и сердца девяти мужчинам.
Носит кольцо «я-моя» вместо обручального.
Разбила мамину вазу: «Теперь здесь цветёт моя свобода».
Покупает горшки для кактусов – они не просят любви.
«Не будь эгоисткой!»
Фраза, въевшаяся в кожу с детства. Как татуировка, сделанная тупой иглой. Кривая. Болезненная. Первый раз я услышала её в восемь лет, когда не дала младшей сестре свою новую куклу. Мама процедила тогда бросив на меня осуждающий взгляд: «вырастила жадину!» Я поверила и носила эту фразу, как клеймо, пока не соскоблила её вместе с куском кожи. Вместе с потребностью нравиться.
Голос в трубке звучал виновато-настойчиво, как сирена долга:
– Маргоша, приезжай на выходные! Тётя Зина хочет познакомить тебя с племянником. Очень хороший парень. Инженер. Стабильный.