– И не говорила, чего хочет?
– Почему тебя это интересует?
– Не горю желанием быть замеченной, – соврала, не моргнув глазом.
На самом деле, мне хотелось подольше понаблюдать за ней, изучить повадки, манеры. Такой материал!
– Не волнуйся, больше я не буду впускать никого, пока ты здесь.
– А как же основная работа?
– Разберусь.
И ведь действительно же разберётся. Такие, как Лиам Торн, умеют действовать настолько филигранно, что ты моргнуть не успеешь, а они уже всё сделали и всё знают.
– Рассмотри артефакт ещё раз. Рассмотри хорошенько, – велел он. – Не хочу лишний раз рисковать и вытаскивать рисунок на постоянной основе.
Никто не должен знать… Возможно, наш король действительно решил объединить две реликвии и поручил это своему доверенному лицу, но что-то всё равно не сходилось.
Его Величество не очень любил смотреть на то, что творится внутри страны, зато был крайне озабочен внешней политикой. Он бы никогда не привёл страну к международному скандалу или войне, поскольку считал, что переговоры – лучший метод решения межгосударственных вопросов. Об этом писали во всех газетах…
Хотя, он вполне мог быть таким же лживым, как и его свита, так что удивляться нечему.
Всё больше всматриваясь в руны, выкованные в оправе рубина, я всё глубже увязала в этом деле. Наверное, можно было придумать какую-то возможность разорвать контракт без вреда для Кела и Лии, если бы не этот треклятый рисунок.
Это действительно черта, за которой только один выбор – сделать или умереть. Теперь Торн не отпустит меня, можно гарантировать. Не после того, что я успела узнать.
Дружба с артефактором давала свои плоды, но понимала я всё же далеко не каждую завитушку. Убивают и за меньшее, а здесь просто огромное пространство для изучения и применения в оборонной сфере. И не только, наверное.
– Тут точно не справиться без артефактора, – буркнула забывшись.
– Что? – менталист отвлёкся от своих документов и вопросительно посмотрел на меня.
– Так, мысли вслух, – едва сдержала вздох облегчения. Не нужно лишний раз напоминать ему о Келлере. – Что-нибудь придумаю. Украсть эту штуковину крайне сложно, но я бы не сказала, что невозможно.
– И давно в тебе пробудился такой оптимизм?
– Только что.
– Появились основания?
– Нет. Пришло осознание отсутствия выбора.
– Тоже неплохо.
Неплохо ему…
– Я могу выйти в город ненадолго?
– Нет.
– Я не сбегу.
– Всё равно нет.
– Но почему?
Ответом меня, конечно же, не удостоили. А потому всё, что мне оставалось – ходить возле шкафов с книгами и искать хоть что-то интересное. Разумеется, в кабинете главного дознавателя не было художественной литературы, а потому пришлось довольствоваться малым.