Второй Закон основополагающий незыблемый. Нет бога, кроме Президента-бога: один Президент-бог, один народ, одна Вселенная.
Третий Закон совершенный непререкаемый. Поступай по отношению к себе и к другим так, как того хочет Президент-бог.
И не было более страшного, ужасного преступления, чем нарушить Священный Закон Трёх. Человек, преступивший Священный Закон – или пропадал бесследно, или трагически погибал…
Миром правил Президент-бог.
Сто лет тому назад, избранный Президентом планеты, он назвал себя отцом всего человечества и постепенно добился, сладкоречием и откровенным заигрыванием перед народом, пожизненной власти и звания Президента-бога. И народ, одураченный, не успев и глазом моргнуть, оказался (особенно последнее время) в таких сладострастных и дурманящих, в безжалостных и яростных тисках наслаждений, что ничего не оставалось, как только в них безрассудно утопать, пропадать, погибать…
В это-то "последнее время" и появился Богатырь.
Был он необыкновенно широк и высок, ноги у него были вообще как ужас толстенные, здоровенные, будто слоновьи. И физической силой, и ловкостью, и смелостью, и находчивостью обладал потрясающими, фантастическими.
Откуда возникал могучий Богатырь и куда потом пропадал – не знал никто. Лучшие сыщики Президента-бога следили за ним, но бесполезно. Необъяснимым чудом он от них постоянно ускользал. А самые изощрённые покушения на него – желаемого результата не приносили. Ни пули, ни яды, ни взрывы, ни огонь, ни вода, ни медные трубы навредить ему не смогли.
Скоро, за блистательные победы над зверями, стал Богатырь знаменит на весь мир также, как сам Президент-бог.
После каждого грандиозного шоу на Стадионе, которое происходило раз в год, в народе с новой силой разгорался живейший интерес к его литературному творчеству. Уже несколько его книг (Богатырю разрешалось выпускать только одну книгу в год и не больше пяти в ней слов) разошлись по миру баснословными тиражами.
Книги расхватывали, читали запоем и жаждали новых, – тем более, понять в них смысл даже малообразованному человеку, даже ребёнку было легко – как сделать глоток свежего воздуха.
"Развращённый праздностью человек – становится идиотом!" – было сказано в его последней книге (после выхода которой, власть ограничила текст следующего произведения – чтоб было не больше трёх слов).
А сегодня, очевидно, новое произведение станет известно, – если, разумеется, он останется жив. Многие люди видели и понимали: Президент-бог, разгневанный невероятной популярностью и трудами Богатыря, желал ему всем своим существом – скорейшей тлетворной кончины.
Кто же был такой Богатырь на самом деле?
Разное судачили о нём. Большинство граждан придерживалось убеждения: он – потомственный фокусник и авантюрист. Но ходили упорно слухи, распускаемые агентами Президента, что Богатырь не столько аферист и мошенник, сколько ловко законспирированный чёрт.
Некоторые люди умно, логично доказывали: Богатырь – пришелец с далёких звёзд, прилетел на разведку. Также ходили упорные слухи: он – странствующий по космосу робот-монах, проходящий секретное испытание на Земле.
Но были и такие, очень престранные, которые, сами не зная для чего, лезли из кожи вон и с пеной на губах доказывали: он – рехнувшийся ясновидец и пижон.
Ещё утверждали люди бывалые: Богатырь – посланец Господа Бога, и прибыл он только затем, чтобы гордому Президенту-богу на место вправить мозги. В общем, много чего говорили о нём.
Стадион, словно осаждённую крепость, обступали бесчисленные разноцветные палатки, от которых рябило в глазах. И между палатками, в бестолковой суете убивая время и изнемогая от зноя, копошились люди, прибывшие за день раньше до начала торжества, – ведь завтра, с утра, надо успеть захватить места на трибунах.
Вечерело, синий воздух сгущался, приятно веяло долгожданной прохладой. Внезапно налетел шквалистый ветер и, мрачно озаряясь вспышками косых фиолетовых молний, набежали с грохотом страшным лохматые чёрные тучи. И обрушился неистовый ливень, вонзаясь в землю водяными стрелами.
Утреннее небо нежно розовело лёгкими, как крылья бабочки, облачками, освежённая равнина густо дымила молочно-белыми туманами.