– Возьми с собой, – в его голосе мелькнули тёплые нотки. – Это не самое популярное издание, его не хватятся, а я никому не скажу.
Впервые за день на душе стало легче.
– Спасибо.
– Завтра придёшь?
– Не знаю.
– Приходи, – в голосе парня прорезались властные нотки. – Иначе расскажу, что видел тебя здесь.
– Ладно, – чуть раздражённо проговорила я, – приду.
– Тогда в это же время. Кстати, отличная пижама, – произнёс он мне вслед. – Всегда любил котят!
Я порадовалась темноте, которая скрыла моё смущение и покрасневшее лицо.
Утром еле встала.
И вновь мы с Карин не разлучались ни на минуту… День длился мучительно долго. Отличался от вчерашнего он разве что уроками этикета и танцев. И, как оказалось, оба были по-своему уникальны.
– Спину держите прямо. Плечи назад, опустите их вниз. Голову чуть ниже, глаза не поднимайте.
– Зачем? – не удержалась я от вопроса.
– Молчите, пока с вами не заговорят, – прикрикнул на меня учитель, хилый седовласый старик.
Судя по тому, как Карин лепетала перед ним, складывалось ощущение, что он весьма авторитетная фигура. Но я не прониклась к тому, кто пытался сделать из меня либо куклу, либо дрессированную собачку.
– Вы дерзкая и несдержанная девчонка, вам бы поучиться хорошим манерам, – прошамкал старик одними губами, – хотя бы у собственной сестры.
Неужели? Этот комментарий я решила оставить без ответа.
В душе всколыхнулась тревога за Лизи. Да, она та самая паинька, о которой мечтает каждый родитель, но, в отличие от меня, сестрёнка спрашивала обо всём, что её интересовало. И молчание – это точно не про неё, разве что она напугана до крайней степени. Но для этих мыслей не было ни времени, ни места.
После занятий я решилась задать интересующий меня вопрос своей надзирательнице. Ведь несмотря на отсутствие возможности побыть одной вне своей комнаты, информацией меня никто не баловал.
– Карин, скажите, когда меня представят сыну мистера Грана? И как мне следует с ним себя вести?
Ответом мне послужило брезгливое выражение на лице служанки. Я уже успела подумать, что на этом наш разговор можно считать завершённым, но спустя минуту девушка заговорила:
– Леопольда вы увидите в своё время. Не придумывайте себе лишнего. Выбираете не вы, а вас. Как вам себя вести… – Она смерила меня оценивающим взглядом снизу-вверх. – Можете не напрягаться. Ваши тщания обречены на поражение.
Услышав столь “лестный” отзыв, я немного опешила. Впрочем, не стоило расстраиваться, ведь даже из такого диалога можно было извлечь пользу. Во-первых, этой девице я явно пришлась не по душе, и с ней стоит быть осторожнее. Во-вторых, она невысокого обо мне мнения. А гордецы, как известно, платят за свою надменность.
Наконец я вернулась в свою комнату, чувствуя безмерную усталость. Тело и душа просили отдыха, но покой казался недостижимым: мне предстояло пойти на встречу с безликим манипулятором. Нельзя было сказать, что увидеться с ним мне не хотелось. Да и ничего предосудительного в этом вроде нет. Единственное, что меня смущало, – ночь.
Спустя три часа я стояла перед зеркалом в джинсах и сером длинном свитере со сложным воротником.
«Оставить ворот прямым или отвернуть на плечо?.. Впрочем, ради кого мне стараться?»
– Привет. Рад, что ты пришла.
– А у меня был выбор? – вместо приветствия спросила я, желая дать понять шантажисту, что нахожусь здесь не по своей воле.
Он опять сел так, чтобы я не могла разглядеть его лица.
– Прости, – повинился парень. И сейчас в его голосе не слышалось вчерашней властности. – Не хотел тебя обидеть, лишь ещё раз увидеться.