Кстати, нужно отдать должное: это племя отличалось чистоплотностью.
Летние жилища в виде шалашей были выстроены рядами на выступе. По центру площади был установлен огромный валун – место собраний.
В этот вечер все люди племени собрались вокруг валуна, на котором сидели старейшины. Они имели право голоса, но последнее слово оставалось за вождём. Люди уселись на землю: прошло уже несколько дней с тех пор, как от охотников не было вестей. Всем было тревожно. Последнее время охота была скудной, и начинался голод. Из-за природных пожаров много зверей покинуло эти места, и люди переживали, как им выживать.
Некоторые считали, что это наказание богов за неправильный выбор вождя. Особенно вносил смуту в умы соплеменников Гук – брат почившего вождя. Он завидовал Отошу, и в его душе эта зависть и злоба крепла день ото дня. Он выдвинул свою кандидатуру, но её отвергли.
Гук смотрел на собравшихся и в душе ликовал.
Вдруг раздались радостные вопли ребятишек, которые играли неподалёку:
– Идут! Идут!
Все резко соскочили и бросились навстречу. Когда их взору открылось, что охотники не с пустыми руками, да ещё и с мамонтом (а добыть его не удавалось уже два поколения подряд), люди попадали на колени и, простирая руки к небу, начали благодарить богов и прославлять своего вождя.
Гук ошарашенно смотрел на Отоша.
– Поднимитесь, люди мои, и примите пищу, которую боги позволили нам добыть!
Под радостные выкрики все поднялись с колен. Мужчины разожгли несколько больших костров. Женщины принялись нанизывать куски мяса, предварительно натерев их травами, на колья, чтобы можно было вращать их над костром. Вскоре всё пространство наполнилось дурманящими запахами еды.
Молодая, статная женщина, покачивая бёдрами, подошла к Отошу. Это была его первая жена – Лу́на. Всего у него было три жены.
В это сложное время много людей гибло: умирало от болезней, кто-то не переживал зимы. Поэтому женщины должны были рожать потомство, чтобы не допустить вымирания племени; мужчины имели по несколько жён.
Лу́на была с ним уже десять весен и подарила ему трёх крепких сыновей. Старшего назвали Урр – имя, означающее «огонь»; второго – Грон – имя, связанное с силой и мощью; самого маленького – Тарг, обозначающее ловкость.
Вторую жену звали Нора – молчаливая и покорная по своей природе девушка. Она была дочерью главного старейшины, который устроил их союз ещё при жизни отца Отоша. С ней он провёл три весны. Она подарила ему дочь, которую нарекли Зикой.
Третью жену звали Мэй. К ней Отош был привязан больше всех. Её он выбрал сам, когда стал вождём прошлой зимой. Эта женщина была воительницей; в племени её прозвали «Бесстрашная» после того, как она проявила себя в бою, сражаясь наравне с мужчинами. Мэй была высокомерной и амбициозной: она завидовала Луне, потому что та была главной женой и родила сыновей.
– Отош, – женщина протянула ему мясо, положив его на большой лист, сорванный с дерева.
Мужчина сидел на почётном месте. Все ждали, когда вождь первым отведает предложенное главной женой угощение: только после этого остальные могли присоединиться к трапезе.
Отош взял мясо и с наслаждением вонзил зубы, отрывая добротный кусок. Вокруг раздались крики радости, и племя приступило к пиршеству.
Мэй сидела рядом с Норой и исподлобья наблюдала за Луной. На её лице отобразилась гримаса.
– Ты чем-то недовольна? – спросила Нора.
– Не твоё дело, – огрызнулась Мэй.
Женщина в ответ пожала плечами.
Зика сидела рядом с матерью: которая пережёвывала мясо и клала его в рот дочери. Девочка была ещё мала. Её братья подсмеивались над ней, дразня её; девочка сжимала маленькие кулачки и замахивалась в ответ. Это вызывало умиление у Норы: она улыбалась, глядя на детей.