– Я… я тебя знаю? – заговорил Каллен. – Ты знаешь, кто я! Милый, и нежный голос девочки произнес слова!
– Но кто ты? – спросил я, чувствуя, как в душе просыпается любопытство и тревога. – Мы связаны нитями… Нить воспоминаний? Ты моя сестра?
– Нет, глупыш, я твоя ниточка, – ответила она с лёгкой усмешкой. – К чему?
– К этому, – и она обернулась, и перед ним появилась ещё одна загадочная дверь. Она была сделана из массивного красного дерева, её бордовый цвет словно впитывал в себя закатные лучи солнца. Резная дверь, украшенная изящными узорами, выглядела невероятно красиво, а ручка, выполненная из чистого золота, сияла, как жёлтое солнце, или игривый огонь, языки пламени которого развивались в свободном движении, словно исполняя таинственный танец.
– Но кто ты, девочка? – спросил я, не в силах скрыть своё удивление и любопытство.
– Ты скоро узнаешь об этом, если захочешь, – ответила она загадочно. – Я очень хочу понять, что я тут делаю!
– Это выяснишь только ты сам, – сказала она. – Всё зависит от тебя и твоих желаний!
– Но я не знаю, что такое желание! – воскликнул я, чувствуя растерянность.
– Ты узнаешь за этой дверью, – ответила она, и Каллен снова обратил свой взор на дверь, прекрасную и притягательную, словно магнит, который манил его к себе. Но что же скрывалось за ней? Он посмотрел на девочку, но на её месте оказалась пустота – она исчезла так же внезапно, как и появилась.
Я сконцентрировался на своём проводнике – Музаре.
– Музар, помоги! – позвал я.
– Я слушаю тебя, мой друг, – отозвался он.
– Что за этой дверью?
– Твои желания, разве ты не понял? Что такое желание? Иди, и ты всё узнаешь!
– Музар, но что я здесь делаю? – спросил я, чувствуя, как в душе борются страх и надежда.
– Слушай меня, и всё будет хорошо! – ответил он. – Ты доверяешь мне?
– Конечно, ты же мой друг, – сказал я, но тут же добавил: – Но я представления не имею, что значит это слово.
– Иди, иди, и ты всё поймёшь! – сказал Музар, и в его голосе прозвучала уверенность, которая немного успокоила меня.
Я выдохнул, пытаясь собраться с мыслями, но красная дверь всё ещё вселяла в меня неуверенность, раздражение и переживание. Я боялся того, что могло скрываться за ней, но в то же время во мне горела искра любопытства и желания узнать правду. Я верил Музару и не хотел его подводить.
Наконец, я дотронулся до жёлтой ручки. Не успел я полностью обхватить её, как она сама легко поддалась, словно приглашая меня в неизведанный мир. Красно-яркое свечение мгновенно осветило меня, а затем полностью поглотило, словно засосало вакуумом в трубу. Я почувствовал, как теряю ощущение реальности, и передо мной разверзлась бездна неизвестности.
Тёмно-красная комната окружала меня, словно погружая в таинственный и загадочный мир. Стены, окрашенные в глубокий оттенок бордового, создавали ощущение замкнутого пространства, где время будто остановилось. По правую сторону находились различные макеты, которые выглядели как миниатюрные копии реального мира. На них была изображена улица с маленькими домами, словно сошедшими с картинок детских книг. Три человека гуляли по просторам этой улицы, их фигуры казались живыми и полными движения. Лампа, изображавшая солнце, излучала золотистое и горячее сияние, наполняя пространство тёплым светом. Но вдруг, откуда ни возьмись, появилась жёлтая лента с временным отрезком – только после 20:00. Таких макетов было очень много, и каждый из них имел свой временной отрезок, словно фиксируя разные моменты жизни.
Солдаты, изображавшие людей, вскоре начинали меняться: то двое людей сидели на лавочке, то трое прогуливались по улице, а некоторые разъезжали на двухколёсном скакуне, словно в весёлом танце. В итоге остался только один макет. «Странно», – подумал я. Сначала временной отрезок, а потом – свободный доступ к этим миниатюрным мирам.
По левую сторону находились макеты с хозяйством: банки, посуда и другие предметы быта. На них был указан временной отрезок – с 6 часов утра до 20:00 вечера. Я услышал, как кто-то чихнул, и моё сердце замерло от неожиданности. Каллен испугался и отпрянул в сторону. Я схватил первое, что попалось под руку, – это оказался гвоздь, изящный, тонкий, с острым концом. В душе затрепетало, я понимал, что не могу навредить тому, кто бы это ни был.