«Люди – это не груз, Элара, – говорила она, стоя у чертежей D-994. – Их нельзя просто
Тогда Элара не понимала. Она была молода, гениальна и одержима идеей совершенства. Она верила, что прошлое – это балласт. Что память – это неэффективность.
Она построила свой идеальный мир на этой идее. Мир без адресов, без корней. Мир, который двигался так быстро, что никто не успевал оглянуться назад.
И теперь, в ее собственном старом доме, сидел человек, который бросил вызов всему ее творению, просто…
Ее терминал снова пискнул. Никс.
От: Никс Архивы Гаммы – это скука. Но я нашел кое-что интересное, пока копался. Его зовут Каэль. Бывший инженер Грида. Твоего Грида. Он был уволен пять лет назад. Причина: “Эмоциональная нестабильность”. Пытался остановить Смещение своего семейного блока. Кажется, у тебя появился настоящий фанат, Архитектор. Ах, да. Второй источник тепла. Это не человек. Это что-то старое. Что-то, что потребляет энергию… аналоговое.
1.10. Первые Данные
Каэль. Инженер Грида.
Элара набрала имя в базе данных АРКА. «Каэль Ренн. Уровень доступа 4 (аннулирован). Талантливый. Нестабильный. Уволен».
Он не просто прятался. Он
И он готовился к Большой Перегруппировке. Это означало, что он не собирался сидеть на месте. Он собирался
И он был не один. Что-то аналоговое.
Элара снова посмотрела на тепловой силуэт, который сидел во второй комнате. Он не двигался. Он просто… был.
Она перевела все свое внимание на D-994. Она отменила все свои встречи. Она отключила личные уведомления. Танцу Смещения придется танцевать без нее один день.
Она, Архитектор Города без Адресов, впервые за двадцать лет нашла свой собственный, единственный, проклятый адрес.
И она не собиралась его отпускать.
2.1. Ручной Якорь
Ночь в D-994 определялась не по отсутствию солнца, а по звуку.
Днем город гудел. Миллионы тонн, скользящих по Гриду Смещения, создавали низкочастотный, всепроникающий гул, который въедался в кости. Ночью, когда город входил в фазу «Ночного Стазиса» и замирал до утреннего аудита, D-994 начинал говорить.
Здание стонало.
Это был не тот ровный гул Грида, к которому привык Каэль за десятилетия работы инженером. Это был стон старого, уставшего металла. Звук пыли, оседающей на поверхностях, которые не двигались годами. Звук его собственного дыхания, казавшийся оглушительным в этой мертвой тишине.
Каэль Ренн сидел на полу, прислонившись спиной к гудящему, теплому металлическому шкафу. Это была его работа. Его проклятие. Его якорь.
«03:40», – прошептал он, глядя на старые аналоговые часы с фосфорными стрелками. «Время кормить зверя».
Он поднялся, его суставы щелкнули. В отличие от Элары, чей мир был залит мягким светом, комната Каэля была освещена тусклым, колеблющимся желтым светом старой керосиновой лампы. Она отбрасывала на стены уродливые, пляшущие тени.
«Зверь» – это то, что Элара видела на своих сканерах как «неподвижный тепловой источник». Это был массив химических батарей – архаичная, опасная и чудовищно неэффективная система, которую Каэль спас со свалки. Она была его жизнью.
В мире, где энергия передавалась по воздуху, эти батареи были единственным, что Грид не мог отследить. Но они требовали ручной зарядки.
Он натянул толстые резиновые перчатки, взял два медных кабеля и приготовился. Каждую ночь, ровно в 03:40, он должен был вручную переключить главный силовой кабель (тот самый, что вел в Изнанку) с систем жизнеобеспечения на зарядку батарей.
В этот момент D-994 «умирал».
Он замкнул контакты.