Елена Михайловна слегка позеленела.
— Я подожду снаружи, — она повернулась к Леониду. — У меня к вам разговор, не уходите далеко.
Девушка уже совсем не грациозно поднялась по лестнице.
— Вот кого надо было в стажеры брать, -покачал головой Андрей Петрович. — Мой-то сразу все вывалил, чуть пакет успел подставить.
Корсаков обошел помещение еще раз.
— Везучий сукин сын, — не выдержал он. — Ты бы рискнул вот так вот с фонарем и шокером на дворянина лезть?
Криминалист показал на нишу.
— Я в такой посижу полчаса и меня разгибать всем отделом придется. Это вы молодежь гибкая.
— Нервы у парня дай бог каждому. Что скажешь про пытки?
— Дилетант, — тут же отозвался криминалист. — Что-то знает или слышал, но опыта нет. С этим вашим интернетом и не такое найти можно. Руку мастера узнать легко. Вот смотри, видишь разрезы на локтях? Их несколько, значит искал и не мог найти. А зубы? Кто же так напильником то орудует? Пока допилил, часть зубов выбил. Нет, не мастер, не мастер.
— Портрет вырисовывается. Как долго он был с телефоном?
— До самого утра, пока батарея не села. После сигнал пропал.
— И телефон он благоразумно с собой брать не стал.
— А вот ноутбук разобрал и жесткий диск прихватил.
Корсаков поморщился.
— Рассказывай уже сразу все тогда, не буду же я из тебя… — он покосился на окровавленные инструменты. — Не клещами же из тебя это тянуть.
Криминалист шутку оценил.
— Не знаю, что он искал в телефоне, но как я понял, фотографии и сообщения он кому-то отправлял. С ноутбука тоже. Служба безопасности Воронцовых тут же подчистила все, что могла. Мне не докладывали.
«Дело пахнет жареным… для рода Воронцовых».
— Ясно же, какие фотографии он отправлял. Да уж… а человек от Третьего отделения это Елена Михайловна?
Андрей Петрович кивнул. Настроение у капитана испортилось.
— За что мне все это? — спросил он. — Меня же избавили от этого дела.
— Дело ведет Третье, ты тут посмотреть на послание, высказать свое мнение, переговорить с Еленой Михайловной, и катиться домой. Плохо что ли?
— Хорошо, я же не спорю…
— Подрядчики при строительстве менялись раз двадцать, не меньше. На планах этого помещения вообще нет, как и ниши, и тоннеля.
— Узнаю нашего парня, приемы из фильмов все еще помогают ему. Аномально везучий сукин сын. Ладно, бывай.
Разговоры такого плана по долгу службы с ним уже вели. Когда ты работаешь следователем, рано или поздно можно специально или случайно наткнуться на «развлечения аристократов». Дворяне обладают властью и способностями, но они такие же люди, со своими пороками и отклонениями. Благодаря власти и деньгам им удается лучше избавляться от следов своих увлечений, но иногда правда все же выходит наружу. И вот тогда со следователем проводят разговор. Незачем простому люду знать такие шокирующие подробности. Корсаков припомнил первый такой разговор, когда он еще был совсем молод, и попытался что-то ответить. Ему приказали «прикрыть клюв», и моментально обрисовали последствия. Напугать не напугали, но «клюв» он прикрыл. Как в тот раз, так и еще несколько раз в будущем. Елена Михайловна такие разговоры вести не умела.
Они сидели за столом кафе неподалеку. Чай перед девушкой уже давно остыл, а она никак не могла перейти к главному. Леонид решил еще несколько минут посмотреть на ее мучения, после чего объясниться и пообещать держать рот на замке…
— Я понял, — прервал он девушку.
— Простите?