Тут я понимаю.
Люцина подмешала зелье в кубок Каина.
А теперь его выпьет ее отец.
Каин смотрит прямо на нее, и в его взгляде читается ледяное удовлетворение.
– Конечно, конечно, – ректор тянется за кубком Каина, но тот внезапно отстраняется.
– Сначала проверка, – улыбается Каин. – В наше время даже с друзьями нужно быть осторожным.
Он снимает с шеи серебряную цепочку и опускает ее в кубок ректора.
– Здесь все чисто. О!
Ректор вдруг пошатывается и неловко задевает рукой кубок Каина. Тот ловко ловит Азраэля за локоть, но жидкость уже разлита.
Я бы поклялась – Каин сам толкнул ректора.
– Ничего страшного, – успокаивает он Азраэля. – Принесут новый.
Его взгляд снова находит Люцину.
Она выглядит так, будто вот-вот потеряет сознание.
Когда кубки наконец подняты под одобрительный гул зала, Каин произносит, обращаясь ко всем, но глядя только на нее:
– Никогда не знаешь, как твои сегодняшние поступки отразятся на близких. Поэтому… стоит думать наперед.
Он делает паузу, давая словам проникнуть в самое сердце.
– Кстати, – добавляет Каин уже веселее, – я беру под свой контроль запретную библиотеку. Недавно я сверял опись… и кое-чего не хватает.
Лед пробегает у меня по спине.
– Надеюсь, студенты не заставят меня искать пропажу лично. Гримуар должен вернуться на место к утру.
Его тон легкий, почти шутливый.
Но Люцина выглядит так, будто только что получила смертный приговор.
Каин садится, и в зале снова шумят разговоры.
Только Вейланд, наблюдавший за мной, шепчет:
– Ты… не использовала зелье? – шепчет Вейланд.
Качаю головой.
– Нет.
– Тогда почему он…
– Он знал с самого начала, – произношу, глядя на Каина. – Он просто ждал подходящего момента…
Он выжил в битвах Конклава. Идеальное оружие, но почему-то проиграл Виктории.
В этот момент Велентар останавливается рядом с нами. Я задираю голову. Каин выглядит одновременно грозным и изящным. Не бояться его глупо, не восхищаться – странно.