– Маша? Что ты здесь делаешь? – проговорила женщина, срываясь на крик, и в ту же секунду закрыла рот руками. Быстрыми движениями она прикрыла дверь и стала шёпотом звать Машу, дёргать за ногу:
– Маша? Доченька, ты меня слышишь? Просыпайся! Что здесь делаешь? Маша? – Девушка неохотно открыла глаза и, оценивающе ситуацию, предпочитала молчать.
– Маша, ты меня слышишь?
– Да, мам. Что ты здесь делаешь?
– Это я у тебя хочу спросить! Так, это мы обсудим позже. Сейчас тебе нужно быстро привести себя в порядок.
– Мам, что произошло?
– У нас очень важные гости, и ты должна быть просто неотразима.
– Всё, встаю… – неохотно проговорила Маша.
– А ты… – Повернувшись ко мне, прошипела женщина. – Ты не должна покидать этой комнаты, пока наши гости здесь. Всё это напоминало мне сказку, где злобная мачеха не пускала падчерицу померить туфельку. Боясь вызвать еще больший гнев, я просто кивнула, да и покидать комнату мне не очень-то и хотелось.
Дорогой костюм, белоснежная рубашка и, конечно, золотые запонки. Несколько звонков, и вот я уже идеальный жених. На заднем сиденье моей машины два роскошных букета: один для невесты, второй для её матери. Ювелирные украшения именитых брендов красиво упакованы в бархатные коробочки с атласными лентами. Машина плавно въехала на территорию загородного особняка. Сегодня я был один. Мой верный охранник, не покладая рук и других частей тела, работал всю ночь, загоняя бедную овечку в пасть к зверю. Взглянув на дорогие часы на левой руке, для себя отметил:
«Как всегда, вовремя».
Походкой, достойной короля, я шёл к заветной цели. С сегодняшнего дня жизнь в этом особняке изменится. В просторной гостиной в ожидании хозяев дома на стеклянном столике небрежно лежали букеты и подарки, а вокруг меня на цыпочках бегали все окружающие. Прислуга сбивчиво спрашивала про кофе. Ольга Ивановна искала свою дочь, а отцу семейства пришлось развернуться на половине пути на работу. Со стороны я был холоден и безразличен, и только внутри мог признать, что эта ситуация забавляла меня. Уже через час сам Соболев стоял передо мной и, переводя дух, пытался сохранить спокойствие.
– Добрый день, я немного похозяйничал, – начал я, показывая в руке стакан с виски.
– Здравствуйте, вы действительно застали нас врасплох. Простите, я не…
– Дмитрий Владимирович Золотницкий, – протянул я руку для приветствия.
– Алексей Александрович Соболев. – Мужчина внимательно сверлил меня взглядом, и на секунду я даже почувствовал страх в его глазах, но быстро его замаскировал.
– Чем обязан вашему визиту, Дмитрий Владимирович?
– Опустим формальности, просто Дмитрий. Я здесь из-за вашей дочери.
– Маша? Что с ней?
– Она выходит замуж. За меня! На пороге комнаты застыла изумлённая женщина, а Соболев не сводил с меня глаз.
– Что вы сейчас сказали? Я что-то плохо расслышал, – хватаясь за сердце, проговорил Соболев.
– Добрый день, что здесь происходит? – с улыбкой произнесла Ольга Ивановна.
– Дорогая, ты представляешь, этот мужчина хочет жениться на ней, на дочери, на нашей малышке! – возмущался Соболев.
– Алексей, перестань так громко говорить, наш гость подумает, что мы не гостеприимны. И к тому же твоя дочка давно выросла, и ей исполнилось восемнадцать.
– Оля, ты себя слышишь? Маше только восемнадцать, она ещё жизни не видела. – Невзирая на откровенное возмущение мужа, женщина подошла ко мне, а я, как истинный джентльмен, не смел сидеть в присутствии дамы.
– Доброе утро! Эти цветы меркнут перед вашей красотой. – С едва заметной улыбкой произнёс я. Огромный букет белых роз не мог оставить равнодушной ни одну женщину.
– О боги, какие цветы! Вы знаете, как завладеть вниманием женщины. – Обстановка немного разрядилась, и даже Соболев сменил гнев на милость, расстегнул пуговицу на пиджаке и сел напротив меня.
– Дмитрий, прошу простить моё поведение, но всё-таки хочу уточнить несколько вопросов.
– Я весь во внимании.
– Как давно у вас отношения с моей дочерью?