Благодаря скафандру он все ещё мог дышать. Правда трещины в его стекле давали понять, что ещё чуть-чуть и стекло просто лопнет.
Внезапно, щупальце ослабило хватку. Эрик, потеряв ориентацию, камнем пошел ко дну, но упал на какой-то выступ. Он не понимал почему его отпустило щупальце, но этим нужно было воспользоваться.
Эрик увидел очертания входа в подводную пещеру, на подобие затопленной каменной трубы, в которую его затащили, он тут же рванул в неё, а затем как сумасшедший скалолаз стал подниматься вверх по этому туннелю стремясь вырваться из этого колодца.
Он чувствовал, как кровь стучит в висках. Ноги, налитые свинцом, отказываются слушаться, ему быстро становилось плохо. Эрик боролся с инстинктом паники, понимая, что если поддастся ему, то это будет концом, при этом он понимал, что он скорее всего отравлен.
Из последних сил он выбрался из затопленного колодца, в какой-то другой скорее грот или каменный мешок, отполз от края ближе к стене и потерял сознание.
Когда он пришел в себя, первое, что он почувствовал – ледяной холод, пронизывающий до костей. Он лежал на холодном камне, дрожа всем телом внутри скафандра. Причем стекло шлема разбилось с одной стороны и повторно в нем погрузиться под воду точно не удастся. Обогатитель воздуха жужжал на пределе возможностей, пытаясь компенсировать потерю кислорода. Вся энергия скафандра тратилась на работу обогатителя воздуха и теперь в скафандре, потерявшим почти всю энергию, было холодно.
Слабый отблеск света проникал откуда-то сверху, позволяя ему различить очертания пещеры. Так же сюда немного проникал и разряженный воздух. Стены были влажными и скользкими, в воздухе витал запах сырости и гнили. Эрик попытался подняться, но тело не слушалось. Каждая мышца болела, словно ее выкручивали. Неизвестный ему яд, начинал действовать, причиняя боль и делая его неподвижным.
Собрав остатки сил, он сел, прислонившись спиной к стене. В голове шумело, а перед глазами плыли мушки. Он попытался вспомнить, что произошло, но в памяти остались лишь обрывки хаотичных образов – колодец, вода, удушье, отравление.
Он понимал, что времени у него немного. Яд, скорее всего, все еще циркулировал в его крови, постепенно отравляя организм. Нужно было что-то делать, чтобы выжить. Но что? Он был один, без оружия, без припасов, в какой-то забытой богом пещере. На планете, название которой у многих людей вызывало ужас.
Отчаяние медленно подкрадывалось к нему, как хищник, выжидающий удобный момент для нападения. Он попытался вспомнить хоть какие-то признаки яда, симптомы, которые могли бы подсказать его природу и, соответственно, антидот. Но в голове была лишь мутная пелена. Последние события проносились калейдоскопом, смешиваясь с галлюцинациями, вызванными, вероятно, тем же ядом.
С трудом поднявшись, он почувствовал, как мир качнулся перед глазами. Опираясь о холодную, влажную стену пещеры, он начал медленно продвигаться вглубь. Может быть, там найдется хоть что-то, что поможет ему? Какая-нибудь трава, корень, минерал, обладающий целебными свойствами. Шанс был ничтожно мал, но он был единственным.
Пещера оказалась на удивление обширной. Коридоры ветвились, уходя вглубь планеты. Влажный воздух пропитался запахом гнили и чего-то острого, металлического. Он старался не обращать внимания на боль, на головокружение, на подступающую тошноту. Каждая минута могла стать последней.
В одном из ответвлений он заметил слабый, ели заметный, мерцающий свет. Собрав последние силы, он побрел в его направлении. Ему было уже все равно, даже если это просто галлюцинация.
Источником света была маленькая лампочка, которая мигала на каком-то странном скафандре, который лежал без движения в конце пещеры.
Отдаленно Эрик понимал, что скафандр перед ним сильно отличается от того, что он видел раньше, хотя огромный слой грязи скрывал от него детали. Голова кружилась все сильнее, он уже почти ничего не мог различить картинка плыла перед глазами. Он смог только дотянуться рукой до скафандра и дотронуться до него. Он не понимал за чем это делает, но его как будто что-то манило поступить именно так.