Майя посмотрела на негоискоса, в её взгляде мелькнуло недоверие:
— За пропущенные запятые? За то, чтоты не прогнал текст через нейросетку?
— За то, что я «оставляю им работу». — Онсам услышал, как нелепо это звучит, и добавил: — Может, просто корпоративнаялегенда.
— Или ты реально косячишь, — спокойно парировала Майя. — Просто непомнишь об этом.
Марку нечего быловозразить. В последнее время он действительно жил с ощущением огромной дыры вбиографии — она была аккуратно вырезана, словно неудачный абзац в рукописи.
Они дошли докруглосуточной блинной. Майя заказала «как обычно», а Марк взял что-то наугад,просто чтобы занять руки.
— Я тебе должна сказать, — произнесла Майя, пока ониждали заказ.
— Мне написали. Марк мгновенно напрягся.
— Кто?
— «Литературнаяклиника». Предложение. Соавторство с нейролингвистическими алгоритмами.Технология «Level Up». — Она произнесла эти названия так, будтозачитывала постановление о конфискации имущества.
— Это шутка? — спросил Марк.
— Откуда у них твои контакты?
— Коммуникация через скрытое пространство модели,прямое подключение, медицинский сертификат нейроинтерфейса. Двадцать страництехнического текста, Марк.
Она протянула емутелефон. На экране светилось приглашение в «авторский акселератор». «Пробнаясессия». «Гонорар за подключение». Текст был вежливым и гладким, лишеннымкаких-либо человеческих шероховатостей.
— Они предлагают мнеденьги за стихи, — Майя посмотрела на него в упор. — Представляешь, какойабсурд?
— За стихи никто неплатит, — автоматически, почти не задумываясь, ответил Марк.
— Вот именно. Поэтому я ибоюсь.
Майя подняла глаза, и вних Марк увидел то, что она пыталась скрыть за иронией — усталость.
— Марк, мнереально нужны деньги. Мне нужно помочь матери в Архангельске с ремонтом. И я небогема. Мне надо жить. Я хочу жить. Не «в образе», а в реальности тоже.
Он молчал. Он слишкомхорошо её понимал, и именно поэтому внутри всё протестовало. Это было самоемерзкое чувство: когда искренне веришь, что защищаешь близкого человека, а насамом деле просто пытаешься его контролировать.
— Почему ты не сказала,что тебе нужны деньги?
— Мне нужно… самой начатьменять свою жизнь. Хотя идея работать на масс-маркет мне противна.
— Это просто пробнаясессия, — сказал Марк, уговаривая скорее самого себя. — Они… помогают многим. —И добавил, прежде чем успел подумать: — Это безопасно.
Майя смотрела на негоочень долго и внимательно.
— Ты сейчас говоришь какчеловек, который это продаёт.
— Я? — Марк нервно усмехнулся. — Эти ребята оченьплотно промывают мозги. Меня облизывали сегодня, как будто я новый Шекспир. Аих система выдала мне пропуск с проходом по всей клинике, типа я очень важендля них.
— Вот именно, — тихопроизнесла Майя. — Система. Она взяла его за руку — тепло и нежно.
— Ты же сам понимаешь,что тебя используют.
Марк не ответил.
В этот момент в егокармане коротко и требовательно завибрировал Lu-плеер — так, словно устройство услышало слово«использовали». Марк не стал его доставать, сделав вид, что ничего непроизошло.