Действительно, среди людей такого не встретишь, но Юниан то был Сущностью. Человек внешне, внутри дух, наделённый могучей функцией. Сущностями назывались все, кто имел какое-то отношение к процессам Вселенной, и мог направлять их. Не как маг, заклинающий почву, огонь или воду, а как хранитель вселенского порядка, или руководитель одного из её многочисленных свойств. Например, свойства старения всего живого, свойства работы солнца, свойства поддерживания популяций рыб в водоёмах на постоянном уровне. И функция Юниана позволяла ему называться Хранителем Жизни, ибо он контролировал весь животный мир. Влиял на историю будущего таким образом, что всех всегда было вдоволь. Именно за этим Юниан, дух-хранитель, был направлен во Вселенную. Да, он был молод, и местами глуп на фоне своих предшественников – четырёх Властелинов. Вот только тлел в нём кусочек души Атамана, предыдущего властелина этой функции и многих других. Юниан неосознанно мог полагаться на его опыт и качества во всём, что касалось животного мира. Однако во всём остальном Юниан действовал по своему, повинуясь желаниям собственного ума и разума, и Энгвир – великое восточное Царство – было его решением.
Помимо этого, Юниан был бессмертным созданием. Сущность не могла умереть, ибо на ней возлежала функция, без которой Вселенная была бы обречена на хаос, и вынуждена видоизмениться, и до тех пор, пока дух Юниана был Сущностью, благодаря своей функции – Царь был неувядаем. Могло умереть его тело, поражённое болезнью или стрелой врага, но дух соткал бы себе новое, и тогда поминай как звали тех, кто осмелился учинить вред Сущности. Это правило касалось всех сущностей вселенной. Их было немалое количество.
Юниан разделался с творожным чизкейком и допивал шоколадный коктейль, посасывая полосатую, коричнево-песочную трубочку.
Посасывал и думал.
Помимо Царя, в кабинете было ещё три человека: советник по красному слову, эксперт по Ход Грэйву, и писарь. Все трое сидели на стульях поодаль, один – поправлял очки, второй, уподобился статуи, третий, пощипывал декоративное перо на чернильной ручке.
Отставил Юниан в сторону яркий стакан, измазанный изнутри молоком и шоколадными пятнами. Потарабанил пальцами по столешнице.
– Профессор, – Обратился он к человеку в тёмном жакете, – Напомните, пожалуйста, как зовут ту королеву?
Эксперт по Ход Грэйву пошевелился.
– Ал-ру-ны, господин Царь.
«Я был близок» –
Подумал Юниан, а вслух спросил:
– Какие прозвища посоветуешь? Как я могу к ней обратиться? Чтобы звучало красиво и с уважением.
– Королева провинции Ход Грэйв, – Сделал паузу серьёзный человек, призадумываясь, – Дочь могущественной Кабольды, владелица стен Балморала, хранительница учения магии Чародея…
– Много не нужно! Первых трёх хватит. Спасибо. – Юниан мягко улыбнулся и отложил информацию в ум. Эксперт склонил голову, а Царь обратился к советнику по красноречию:
– Скажи-ка, фразёр, как я могу кратко и ясно перейти к делу? Мол, я возмущён тем боем, тем конкретным, чтобы королева поняла суть претензии, и далее к требованиям.
– Можно начать так, Ваше величество, – Услужливо отозвался советчик и запел выразительно: – До меня дошли вести о бесчинствах Ваших подданных, которые посягнули на жизнь и имущество моих людей, перешедших границу провинции Ход Грэйв, что входит в состав великого Царства Энгвира. – Советник старался не смотреть на Царя, ведь обворожительный лик его мог запутать мысли даже самых сметливых дикторов. Юниан чуть нахмурился, самую малость сведя брови к переносице, как делают люди, когда пытаются запомнить что-то непонятное.
– Пока достаточно! – Остановил Царь оратора и глянул на писаря, – Пиши.
Тощий человечек снял с ручки колпачок, расчеркал её на бумаге и приготовил лист черновика, прошуршав красными и золотистыми ленточками.
– Королева провинции Ход Грэйв, Алруны, дочь могущественной Кабольды, владелица стен Балморала, – Диктовал Юниан, выуживая слова из натренированной памяти, – До меня дошли вести о бесчинствах Ваших подданных, которые посягнули на жизнь и имущество моих людей, перешедших границу провинции Ход Грэйв, входящей в состав великого Царства Энгвира.