Значит, всё уже началось. Она попала в этот мир не до встречи с ним, а в самый разгар его внимания.
Анита вдохнула.
Если судьба подарила ей второй шанс – она им воспользуется.
– Король говорил о тебе за ужином, – голос Мэри прозвучал мягко, но с явной осторожностью.
Анита – или теперь уже Анна – смотрела на сестру и чувствовала, как внутри холодеет. Что она помнит о том, в какой момент истории оказалась?
– И что именно он сказал? – осторожно спросила она, надеясь не выдать своей растерянности.
Мэри посмотрела на неё с лёгким сожалением.
– О, сестра, ты ведь сама всё знаешь. Он устал.
Анита почувствовала, как её охватывает беспокойство. Значит, это не время расцвета их любви. Она попала в тот момент, когда Генрих уже начинает отворачиваться от Анны.
Значит, Джейн Сеймур уже где-то рядом.
– Я знаю, – Анита сложила руки перед собой, изображая спокойствие, хотя внутри бурлили мысли.
Мэри чуть наклонила голову, изучая её.
– Тебе стоит быть осторожнее. Король уже не тот, что прежде. Он становится вспыльчивее, а его любовь переменчива.
Анита кивнула.
Значит, времени мало. Если она хочет изменить судьбу, ей нужно действовать немедленно.
Воспоминания о её научных работах нахлынули одно за другим. Она знала, почему Генрих охладел. Он устал от того, что Анна не родила ему сына. Он раздражался из-за её вспыльчивого характера и ревности. Джейн Сеймур была полной противоположностью – мягкой, покорной, молчаливой.
Но Анна не была такой.
Анита должна найти способ удержать Генриха, не превращаясь в тень самой себя.
– Спасибо, сестра, – сказала она наконец, улыбнувшись.
Она знала, что делать.
Анита чувствовала, как её сердце гулко бьётся в груди, пока она шла по галерее, сопровождаемая своей сестрой. Каменные стены дворца казались холодными, даже несмотря на богато расшитые гобелены, украшавшие их. Воздух был наполнен ароматом свежих розмарина и лаванды, которыми прислуга освежала комнаты.
Каждый шаг в тяжёлых юбках и жёстком корсаже напоминал ей, что это не её тело, не её жизнь – но теперь оно стало её реальностью.
Как она могла здесь оказаться?
Она судорожно пыталась вспомнить последний момент из своей настоящей жизни. Диссертация. Она писала диссертацию. Разбирала письма Анны Болейн, перечитывала её записи, анализировала политические интриги при дворе Тюдоров…
И вот теперь она сама – Анна Болейн.
Анита украдкой бросила взгляд на руки – длинные, тонкие пальцы, на одном из которых поблёскивал кольцо с изумрудом. Тот самый камень, который Генрих подарил Анне, когда добивался её руки.
Но теперь всё изменилось.
– Ты странно выглядишь, – заметила Мэри, слегка наклонив голову.
– Просто задумалась, – ответила Анита, стараясь говорить как можно спокойнее.
Сестра продолжала внимательно разглядывать её.