– Мы не допустим этого.
Михаил отвернулся обратно к окну.
– Только не она… – тихо сказал он, почти себе под нос.
Стёпку-Слепого втолкнули в холодное бетонное помещение.
На потолке мигала лампа. Стёпка, косой, щурился на свет и трясся от холода. Его грязная куртка пахла ацетоном и табачищем.
Михаил сидел в кресле, за столом. Его руки были сцеплены замком. Лицо – каменное.
– Здорово, Стёпка, – медленно сказал он.
Стёпка сглотнул.
– Здорово, Миш… Михаил Сергеевич…
Михаил не пошевелился. Только сказал:
– Говори. Зачем к тебе приходила Полина Струкова?
Стёпка засопел, шаря взглядом по углам.
– Так… поговорить…
Михаил резко встал, опёрся кулаками о стол. Стёпка вздрогнул.
– Я тебе ещё раз спрашиваю. Что она у тебя взяла?
Стёпка задёргал подбородком.
– Слушай, Мих… Она платила… Захотела такую штуку, чтоб если плеснуть – человек на себя в зеркало больше не глянул…
Михаил медленно вдохнул.
– Ты ей это отдал.
Стёпка растерянно развёл руками.
– Ну… да. Передал уже. Всё. Я теперь тут при чём?.. Я ж не плесну сам.
Михаил смерил его взглядом, в котором не было ничего человеческого.
– Где она держит эту гадость?
– Не знаю, клянусь. Унёс пакет, и всё. Я больше ничего не знаю, Мих…
Михаил долго молчал. Потом сказал своим ребятам, которые стояли в дверях:
– Заберите его. И оторвите ему руки. Чтобы больше никому такую дрянь не готовил.
Стёпка замахал руками:
– Миш! Михаил Сергеевич, пожалуйста! Я ж всё сказал!..
Михаил повернулся спиной.
– Не люблю людей, которые торгуют чужими лицами.