- Эльфы живут в гармонии с природой, - пояснила Велта. - Никто из нас не причиняет вред живым существам, довольствуясь лишь растительной пищей.
Сказав это, эльфийка густо покраснела от стыда. Эльфы именно так и жили, в гармонии, и не причиняя вреда. Но не все. Были среди них отступники, ужасные плодоядные грешники. И она принадлежала к числу таковых. Возможно, она вообще была единственной эльфийкой, перешедшей на мясную сторону. Но как бы ни мучила ее совесть, Велта не могла забыть о мясе, оставшемся в ее рюкзаке. Прекрасное свежее мясо, только что срезанное с тела беспечного кабанчика. Но ей не суждено насладиться его восхитительным вкусом.
- Далеко еще? - спросила Злюка. - Я устала и проголодалась. Надеюсь, на ужин будут котлеты.
- Ты что, не слышала, что сказала наша эльфийка? - удивился Стасик. – Они здесь мяса не едят.
- Ты так даже не шути, властелин! - воскликнула Злюка. - Мяса не едят. Сами пусть хоть навоз трескают, мне без разницы. А вот меня, будьте любезны, потчевать подобающе – исключительно мясными блюдами с кровью. Мяса они не едят... Одно слово - эльфы. Верно папенька молвил - мочить их всех надо, эльфов этих, и прочих нелюдей.
- Твой папа так говорил? - удивился Стасик. - А кем твой папа работает?
- Он....
Злюка чуть не ляпнула правду. Но не следовало сообщать о своем близком родстве с императором Дакросом. Даже властелину Свиностасу незачем было об этом знать.
- Он у меня работает госслужащим, - ответила она уклончиво. - Мелкий чиновник в пыточном министерстве.
А сама подумала, что почти не погрешила против истины. Пусть ее отец и числился формально темным властелином, но это только на бумаге. Вот Свиностас иное дело. Скольких он уже успел убить и покалечить, а ведь едва появился в этом мире. Вот это властелин. Он еще и эльфам задаст жару. Дакрос только болтать горазд, а Свиностас привык действовать. Недолго осталось эльфам наслаждаться своим унылым вегетарианством в лесу дремучем. Зло уже здесь. И имя ему - Свиностас.
Лес с каждым следующим шагом становился все темнее и мрачнее. Встающие вокруг деревья были не просто огромны, их чудовищно толстые тела возносились на невероятную высоту. Пленники едва плелись, с трудом продираясь сквозь заросли. Велта наблюдала за их мучениями со смесью жалости и отвращения. Какими же беспомощными были эти люди в родной эльфийской среде. Лес для них был тюрьмой, пыточной камерой и смертельной ловушкой. Не окажись ее рядом, эти бедолаги уже были бы мертвы. Во-первых, толстая женщина попыталась съесть ядовитую ягоду, и обязательно съела бы, не останови ее Велта. Мелкая вредная девчонка едва не схватилась рукой за сук, который оплела своим неприметным телом крошечная, но чрезвычайно ядовитая, змейка. И опять же, не вмешайся Велта, девчонка уже сотряслась бы в предсмертной агонии. А забинтованный юноша почти успел вступить в коварный гриб, что при контакте с ним выбрасывал в воздух свои споры. Споры эти, если какое-то живое существо вдыхало их, прорастали у него в легких, что приводило к скорой и довольно мучительной смерти.
Люди эти были хуже малых детей, потому что эльфийские дети знали об опасностях леса, а они нет. Ломились вперед, не глядя по сторонам, и не замечая смерть повсюду, на каждом шагу. Велта подумала о том, что она и прочие стражи границы даром едят свой хлеб. Если чужаки и вторгнутся в лес, долго ли они проживут в нем? Нет, не долго. В первые же сутки все они будут мертвы. И никому из них никогда не добраться до сердца великого леса, туда, где сокрыто главное сокровище эльфийского народа.
Стасик первым заметил приближение ночи. Сгустившиеся сумерки резко ухудшили видимость. Под сенью леса стало темно и неуютно.
- Не пора ли объявить привал? - спросила Злюка, которая твердо решила этой ночью разобраться с эльфийкой. Пусть только ушастая уснет, пусть только на минутку задремлет. Ей уже не суждено будет проснуться. Разве что на миг, перед смертью, ощутив холод стали в груди.
- Это лишнее, - ответила Велта.
- Что это значит? - возмутилась принцесса. - Мы устали и голодны.
- Потерпите. К полуночи мы дойдем до заставы.