Он, разумеется, попытался добиться справедливости. Обычно робкий и бесхребетный, в данной ситуации Стасик просто не мог смириться с совершившимся кошмаром. Спустя несколько дней после распределения, когда шоковое состояние немного отпустило его, он отправился в город на поиски правды. Следовало отдать должное местному руководству — его не прогнали взашей, а вполне приветливо приняли, внимательно выслушали и даже согласились провести повторную проверку. Как оказалось, иногда, очень редко, но ошибки в ходе магической процедуры действительно случались.
Но едва вспыхнувшая надежда недолго согревала душу Стасика. Повторная процедура состоялась, и ее результат оказался для страдальца еще одним сокрушительным ударом под дых. Магия вновь определила его в свинопасы, выявив полнейшую непригодность соискателя к геройской деятельности, в чем бы та ни выражалась.
После повторной проверки отпали последние сомнения. Не было никакой ошибки. Он не паладин и не волшебник. Он Стас свинопас. Или же Свиностас — именно этим отвратительным прозвищем заклеймил его ненавистный одноклассник Колька.
Касательно Кольки Стасик не сомневался в том, что этот болван после первого же боевого задания получит мощного пинка под зад и вылетит из числа героев. Если бы обидчик опростоволосился, если бы он оказался конченым неудачником, если бы его разжаловали из героев и направили на должность младшего чистильщика туалетов, это бы послужило для Стасика пусть крошечным, но утешением.
Но действительность оказалась невыносимо жестока. После интенсивной недельной подготовки Колька, в числе крупного отряда, отбыл на свое первое боевое задание, с которого возвратился настоящим героем. Поговаривали, что в бою он лично уложил пятерых воинов империи. Когда же ранили их капитана, Колька взял на себя командование отрядом и фактически выиграл сражение. Его воинское искусство и полководческий дар так потрясли всех, что в городе несколько дней только и судачили, что о невероятно талантливом новичке, коему предрекали большое будущее и великую славу. Сам верховный паладин Ильнур заметил Кольку, пригласил его на ужин и усадил с собой за один стол.
Эта ужасная новость повергла Стасика в боль и страдание. Узнав о том, что Колька стремительно выбился в герои, он проплакал в подушку всю ночь. А затем весь следующий день. Пас свиней и плакал. Буквально не мог остановиться. Все вокруг напоминало какой-то бесконечный страшный сон. Сбылась его мечта, и он попал в правильный мир, но героем почему-то стал не он, а его школьный обидчик.
В свой первый полноценный выходной, который случился у него только на исходе второй недели, Стасик потащился в город. По своей инициативе он ни за что не пошел бы туда — вид тамошних обитателей вызывал у него буквально физическую боль. Парни и девушки, попавшие в этот мир в один с ним день, уже стали воинами, магами и целителями. Они весело кутили в тавернах, отдыхая после боевых вылазок и просаживая на развлечения щедро выплачиваемое жалование. На фоне этих эпических героев — закованных в латы воителей, волшебников в расшитых таинственными узорами одеяниях, Стасик в своей простой крестьянской одежде выглядел совершенно неуместно. Окажись он в таверне, среди кутящих там воинов света, на него бы неизбежно стали коситься все посетители, как на бомжа, проникшего в дорогой ресторан. А потом, чего доброго, подошел бы трактирщик, да вежливо предложил крестьянину покинуть респектабельное заведение. И вся процедура изгнания сопровождалось бы насмешками, болью и унижением. А их в жизни Стасика хватало и без того.
Но о походе в таверну оставалось только мечтать. Скудное жалование начинающего свинопаса не позволяло ему посещать злачные места. Единственная роскошь, которую он мог позволить себе на честно заработанные копейки, это какой-нибудь замусоленный пирожок с повидлом или крошечный пакетик медовых леденцов.
В общем, в город Стасик не рвался. Но Васек буквально силой потащил его за собой, грозясь показать все достопримечательности и намекая на возможность бесплатно поглазеть на красивых девушек. Нашел, что называется, чем соблазнять. Да на красивых девушек Стасик за свою жизнь насмотрелся досыта — спасибо интернету. Ему хотелось не смотреть, а хотя бы чуть-чуть потрогать. Но куда ему, презренному свинопасу, было рассчитывать на успехи в любовных делах?