— Здравствуй, сынок.
Почувствовав ментальный удар, который должен был заставить мозг видеть картину из собственных воспоминаний или просто воображения, но не смог пробить естественную сопротивляемость моего вида, я залез в карман на поясе и дал вампирше, решившей поиграть с едой, деревянную солонку со словами:
— Возьми, мама.
— Зачем мне это? — удиаилась она, но пока кажется не поняла насколько всё идёт не по плану.
— Это чтобы ты себя посолила — отозвался я, с трудом сдержав смешок. Конечно издеваться даже над этими пиявками-переростками не хорошо, но порой мне трудно удержаться от мелкого хулиганства.
Самозваная повелительница ночи, а так же тот, кто её страховал, находясь на коньке крыше надо мной, были в недоумении, но уже чувствовали неладное, так что этот фарс следовало закончить побыстрее. Одна моя рука ухватила кровососку за плечо, а вторая за лицо, слегка отогнув голову в бок. Через мгновение зубастая демоническая пасть сомкнулась на тонкой, изящной шее, а в меня потёк поток силы и информации. Вампирша приняла за добычу более опасного хищника и закономерно за это расплачивалась. Её напарник прыгнул на меня, сдавленно прошипев:
— Нет!
Однако долететь с крыши до мостовой не успел, напоровшись на перья моих крыльев, выросших из спины и обретших твёрдость стали. Пробивать ими доспехи я пока что не мог, но вот против плоти, защищённой лишь обычной одеждой, они вполне годились. Правда если человек, напоровшийся на подобное брюхом, мог бы и помереть от болевого шока, то нежить вовсю пыталась слезть с двух кончиков крыльев, впившихся в требуху.
Правда времени сбежать я ему давать не собирался. В иной ситуации было бы обидно терять часть знаний кровососки, ведь поглощение сил и воспоминаний противника требовало времени. Пусть с каждым разом всё меньшего, но всё же. Однако в данном случае передо мной была по сути пустышка, а не матёрая тварь, просуществовавшая века. Девушка при жизни была дочкой мелкого лавочника, но заинтересовала своей красотой кровососа. Причём настолько, что он не сожрал её, а обратил. Так она стала частью гнезда и начала с аппетитом жрать людей по ночам вместо со своим кавалером. Молодым вампирам требуется много крови, без неё их буквально ломает, как наркоманов без дури, к тому же благодаря человеческой жизненной энергии нежить быстро растёт в силе. Однако опытные твари хорошо знают, что если охотиться слишком часто по месту жительства, то будут проблемы. Потому лидер гнезда выпнул «молодожёнов» сюда, в Маврену, чтобы новообращённая утолила самый лютый голод и вернулась уже достаточно сильной тварью. Но не свезло, не фортануло.
Я отбросил уже дважды мёртвую девушку и скинул крыльями её дружка на землю. Увидев иссохший до состояния мумии труп, в котором не осталось жизненной силы, тот проскрежетал:
— Ты ответишь за это!
Только вместо того чтобы бросится на меня, кровосос прыгнул в тот самый переулок из которого вышла его зазноба и шустро заработал ногами. Я же лишь недовольно мотнул головой. Вот надеешься на честный бой и жёсткую борьбу, а в итоге тебе встречается очередной молодец против овец, который против молодца сам та ещё овца. Мысленно посетовав на несовершенство бытия я побежал за ним, на ходу перекинувшись в форму, которую пожалуй можно было бы назвать демоническим гепардом. Выглядела она конечно не так чтоб очень красиво, по крайней мере для тех, кто не любит лысых кошек с абсурдно зубастыми харями. Но зато мчалась на четырёх лапах очень быстро. Вампир, почти добежавший до поворота это тоже оценил, когда я набросился на его спину, сбив добычу на землю.
Нежить, слабо чувствительная к боли, тут же вскочила, но опять дать дёру уже не успела. Я снова стал гуманоидом и схватил кровососа за горло когтистой лапой, прижав гадёныша к стене. Он сдавленно просипел, панически пытаясь освободится или хотя бы пнуть меня:
— Что ты такое⁈
— Я повелитель ночи. А ты пища мне, урод — с усмешкой отозвался я, стремясь напугать жертву. Мной было замечено, что чем сильнее её эмоции, тем лучше проходит поглощение. Положительные чувства в нашей ситуации точно не вызвать, как и удивление, но гнев со страхом тоже вполне годились.