Вновь дружно взревели зеленокожие, предвкушая не менее захватывающее зрелище: межвидовую оргию на выносливость.
Испытание страстью
Кэя склонилась над сидящим Бруком, чтобы ещё раз нанести лечебную мазь на рассечение, которое досталось после битвы с огром. При этом обнажённая грудь шаманки закачалась рядом с лицом варвара, а пирсинговая цацка на соске блеснула в свете факелов, словно подмигивая.
— Вот так-то, — удовлетворённо сказала Кэя, отстраняясь. — А то не хотелось бы, чтоб сегодня в пылу у тебя вскрылась рана и всё залила. Хотя, быть может, для зеленокожих такое смотрелось бы зрелищно.
— Во что мыслю, шаманка, — заговорил Брук, поглядывая на выход из шатра. — Я вызвал вождя на бой, и теперь должен два дня проходить испытания, а только на третий — биться. Если подумать, то так можно сколь угодно долго задерживать орду на месте.
— Чего? — Кэя уставилась на Брука как на умалишённого.
— Ну, ты могла бы находить орков, чтоб каждые три дня вызывать Грумлака на бой, и тогда у него не будет времени вести орду.
— О, бездна, какая хитрейшая задумка, — язвительно сказала Кэя, закатив глаза. — Считаешь, что найдётся так много желающих расстаться жизнь под его топором? Не говоря уже о том, что каждая победа Грумлака укрепляет его власть в глазах орды. Так что ты лучше не думай над этим, не твоего ума дело. Лучше мысли свои и волю направь на сегодняшнее испытание плотью. Главное, во время него быстро силы не растрачивай и…
— Ты не учила меня, как сражаться, так и сему делу не научай! — нахмурился Брук, вставая. — Ещё не хватало, чтоб баба полуоркская меня вразумляла, как трахаться правильно. Идём!
— Ладно, но хоть в этот раз следи за языком, — проворчала Кэя, топая следом за варваром к выходу из шатра. — Никаких боевых кличей. Хорошо хоть, что ты добротно выспался и поел.
— Ну ты мне словно мамаша…
Испытание плотью проходило там же, где и бой — на поле для общего сбора. Если вчера желающих сразиться с Курбом было не то чтобы много, особенно среди гоблинов, то вожделеющих его страсти женщин орды нашлось несравненно больше. Некоторые даже строили козни или дрались за право раздвинуть ноги перед орком-выскочкой. И дрались свирепо, учитывая дикий нрав зеленокожих женщин.
На поле расстелили оленьи шкуры, и только одна девушка стояла среди них — гоблин. Сперва Брук подумал, что она из обслуги или вообще рабов, которым повелели подготовить поле. Но уж слишком пристально гоблинша поглядывала на орка-варвара.
— Твоя первая, скажем так, противница, — промолвила Кэя.
Брук никогда не питал симпатий к гоблинам; более того, он их презирал, считал подлыми мерзкими существами. Однако присмотревшись к низкорослой девице, Брук несколько поумерил своё отвращение.
Для гоблинши у неё была вполне милая мордашка. Показывая ухмылку с рядом ровных острых зубов, девушка периодически сдувала с глаза рыжую прядь волос. Гоблинша гордо выпятила налитые груди, по размеру смахивающие на сочные дыни. Из-за широких бёдер и малого роста она казалось чуть полноватой. Если вчера её родичи, которым не повезло драться на испытании, смотрели на Курба с ужасом, то в задорных глазах гоблинши читался насмешливый вызов.
На краю поляны присутствовал Грумлак, только в этот раз он расположился на подобии шезлонга из шкур.
— Да начнётся испытание плотью! — военный вождь взмахнул рукой. — Бум-Бум!
Одобрительно взревела орда.
— Вперёд, — Кэя хлопнула Брука по ягодице.
Нахмурившись, будто его ожидает тяжёлый бой, он потопал к гоблинше. Однако она ничуть не смутилась, когда на ней горой мышц навис варвар-орк. Не смутилась, и когда он сперва вонзил в землю секиру, а потом сбросил меховую юбку. Не смутилась при виде здоровенного члена, который по меркам гоблинов имел великанский размер. Более того, во взоре сисястой коротышки мелькнули огоньки азарта.
— Я порву тебя на тысячу зелёных лоскутов.
Брук взялся за член как палач за топор, и начала неторопливо мастурбировать — как палач, затачивающий лезвие.
— Ха, и не такое выдерживали, — гоблинша по-хозяйски упёрла руки в мягкие бока, глядя на твердеющую крайнюю плоть, которая стремительно увеличивалась в размерах.