— В бой вместе! — кивнул мужик в броне из шкуры какой-то рептилии, а потом принялся переводить своим генеральную линию партии.
Желтолицые восприняли идею дружбы народов с восторгом и мы пошли вперёд на последнюю группу пиратов, но там быстро случилась заминка. За спинами своих оставшихся бойцов какой-то полноватый субъект в доспехе поверх халата и воин, подозрительно похожий на безголового живчика, держали оружие у шей девки лет тринадцати и совсем малолетнего пацана, что-то крича. Мне известен был общесяньский, если так можно выразится, однако у них в этой их империи диалектов вагон и две тележки. В целом смысл я понимал, но захват заложников тут и без слов понятен, как и то, что детишек надо спасать. Мой новый знакомый вступил в жаркую полемику, но терпел все эти «ли ху цу ши ка!» и «ун мал мо ло ки!» я где-то с минуту, после чего заорал:
— А ну всё заткнулись! А то все убьём на #@%!!!
Не в курсе их глубин познания ассонского, но меня похоже более менее поняли, замолчав. Слово «убьём» на морских побережьях только совсем дурак не знает.
Я же ткнул клинком в сторону «своего» сянца с вопросом:
— Что они хотят?
— Чтобы мы их отпускать с юными госпожой и господином, иначе убьют. Я не мочь, меня тогда казнят.
— Храбрый воин, мы можем договориться… — начал было халатник.
— А ну еб@ло завалил! — гаркнул я на него, изображая самого отмороженного отморозка из возможных, благо в крови был с головы до ног и зрителям наверняка хотелось верить — Ты никуда не идёшь! На детишек мне насрать, но твой корабль мой трофей. Понял, на %₽#⁈
От такой постановки вопроса пухлый сянец несколько растерялся. Это с местными можно было как-то поиграть в дипломатию, а вот северные варвары на мир смотрят иначе. У них тут есть трофеи и даже ещё есть кого убивать во славу своих злобных богов, прям удачный день, иначе и не скажешь. А потому срочно нужно искать аргументы, пока его тут вместе с заложниками просто не порубили и не начали пьянствовать сидя на трупах и срезая с них куски закуски. Эти демоновы дикари, говорят, такое любит.
— Эти детишки очень дорого стоят, я знаю кто заплатит. Много-много золота для доблестных воинов севера — переобулся в прыжке переговорщик, воззвав к нашей жадности и даже немножко подлизнув. Талант блин, ему б в службе безопасности банка работать или просто кредиты на землян оформлять.
— Золото это хорошо — хохотнул я — Сдавайтесь и продадим вас вместе с детишками кому скажешь.
— Но так нельзя… — начал было «мой» сянец, однако быстро замолчал, когда ассоны повернулись к нему и его людям с оружием в руках. Перевес сил был явно на нашей стороне — Он вас обманывать!
— Не дам — весело хмыкнул я, а потом повернулся к пиратам — Плохо поняли? Бросайте оружие или всех убьём! Переводи!
Между татями случился короткий обмен репликами, но вместо капитуляции «халат» повернулся ко мне с вопросом:
— Сю Ва спрашивает, что с его братом. Если он жив, ему нужно оказать помощь, если мёртв, достойно похоронить и покарать убийцу. Без этого Сю Ва и его люди не сдадутся. Мне очень жаль, господин.
Мужик явно нервничал и оружие в руках подельника не добавляло ему спокойствия.
— Я убивать твой брат — с ухмылкой ответил я на кривом общесяньском, вполне понимая о каком брате речь — Отрубил ему руку. Он верещать как с@чка в борделе. Потом я отрубил ему голову и он заткнулся. Я плюнуть на его труп и идти сюда. Хочешь мстить? Давай, бросай мне вызов! Поединок! Один на один во славу моего бога!
— Я убью тебя, северная свинья! — с ненавистью прошипел болезный, как я и рассчитывал, просто отбросив от себя заложника.
Шёл он конечно красиво, прям кинжал убрал, второй меч достал и морду имел настолько злую, что ей впору маньяков пугать. Но вызывал я его во славу бога волшебства и обмана, специально сформулировав всё нужным образом, чтобы ко мне не было претензий. Ассоны-то шутку сразу выкупили и уже ухмылялись. А вот желтолицые нет, им ещё предстояло удивиться.
Едва нам освободили место и враг бросился вперёд, я без затей ударил с оружия молниями, заставив сяньца биться в судорогах. Ещё два шага он шёл на меня, превозмогая боль, а потом тело подвело воина духа и он упал замертво слегка поджаренным трупом.