Иллюзия голода рассеивается не тогда, когда вы находите в себе силу воли отказаться от еды. Она рассеивается тогда, когда вы находите в себе смелость признать: то, что я чувствую, – это не голод. Это жизнь. Это мои чувства, моя боль, моя радость, моя скука, требующие выхода. И только дав им настоящее имя, можно найти для них настоящее, а не пищевое, утешение.
Потому что истина, которую скрывает иллюзия голода, проста и трудна одновременно: вы не хотите есть. Вы хотите жить. Чувствовать. Быть в контакте с собой. И еда здесь – лишь дешевый суррогат подлинной жизни. Глава, которую вы только что прочли, – это приглашение начать различать подделку и оригинал. Не для того, чтобы немедленно все исправить, а для того, чтобы просто увидеть правду. Потому что, как говорится, правда сделает вас свободными. Даже если это горькая правда о том, что ваш голод – всего лишь иллюзия.
Субличности: кто живет в вашей тарелке?
Человеческое сознание редко бывает монолитным. То, что мы привыкли называть словом «Я», на самом деле напоминает скорее многоквартирный дом, населенный самыми разными жильцами, чем отдельную квартиру с одним хозяином. В разные моменты жизни разные жильцы подходят к домофону и представляются нами. Утром, когда нужно принимать ответственные решения, к микрофону подходит один. Вечером, в минуту усталости и слабости, совсем другой. И каждый из них имеет свои желания, свои страхи, свои способы справляться с реальностью. Особенно ярко эта внутренняя многоквартирность проявляется в отношениях человека с едой.
Когда вы садитесь за стол или, что еще важнее, когда вы открываете дверцу холодильника в неурочный час, важно понимать: едите не вы. Вернее, не только вы. Ест та часть вашей личности, которая в данный момент захватила власть над внутренним пространством. И у каждой из этих частей – свой вкус, свои предпочтения, своя история и своя, глубоко личная причина требовать именно этой, а не иной пищи. Задача этой главы – не разделить вас на части и тем более не диагностировать патологию, а познакомить вас с теми внутренними фигурами, которые чаще всего оказываются за столом переговоров с едой. Узнать их в лицо – значит перестать быть их заложником.
Представьте себе, что ваше тело – это тарелка, на которую разные повара из разных уголков вашей души кладут свои блюда. Иногда это блюдо здорового эгоизма, иногда – блюдо детской обиды, иногда – блюдо бунтарского протеста. И все они искренне считают, что действуют в ваших интересах. Они не враги, эти субличности. Они – искалеченные, уставшие, напуганные или ожесточившиеся части вас самих, которые пытаются выжить в этом сложном мире единственным доступным им способом – через еду.
Первая фигура, с которой предстоит познакомиться, пожалуй, самая трогательная и самая трагическая. Это Грустный ребенок. Он живет в каждом взрослом человеке, независимо от возраста, пола и социального статуса. Это та часть вас, которая когда-то давно, в глубоком детстве, усвоила простую истину: еда – это любовь. Или, по крайней мере, ее заменитель.
Вспомните свое раннее детство. Мир велик, непонятен и часто пугающ. Падать больно, ссориться с друзьями обидно, оставаться одному в темноте страшно. И в эти моменты рядом часто оказывался кто-то взрослый с чем-то вкусным. Разбитая коленка утешалась конфетой. Обида в песочнице снималась мороженым. Хорошее поведение, за которое так хотелось получить одобрение, вознаграждалось пирожным. Так, день за днем, год за годом, в неокрепшей психике формировалась нейронная связь, которую не разорвать простым усилием воли: «Когда мне плохо – нужно съесть что-то сладкое, и мир снова станет добрым».
Грустный ребенок, живущий внутри вас, не имеет понятия о калориях, диетах или фигуре. Он вообще не знает, что такое время. Для него все еще идет тот самый день, когда ему было горько и одиноко, и единственным утешением был тот самый вкус. И когда во взрослой жизни случается ситуация, которая эхом отзывается в той старой детской боли – когда вас игнорируют, когда вас не ценят, когда вы чувствуете себя покинутым – именно Грустный ребенок просыпается и тянет руки к холодильнику.