«Муж» согласился, поблагодарил и проводил врача. Он вернулся с таблеткой жаропонижающего.
— Нашёл у тебя в аптечке на кухне.
— Вдруг я заразная?
— Не думай об этом. Модной болезнью я переболел, а всем остальным я не болел уже лет двадцать.
— И как?
— Как переболел?
Я кивнула.
— Температура скакала неделю, а потом всё разом прошло и всё.
А потом он осторожно стал стягивать с меня пижаму. Я запротестовала с яростным хрипом, но он меня успокоил:
— Аврора, врач сказал принять душ. Помнишь?
Я как-то неуверенно кивнула.
— Ну вот и умница.
Он помог мне раздеться, взял моё слабое тело на руки, усадил в ванной и помыл под тёплым душем. Я прошептала «спасибо», хотела что-то ещё сказать, но он остановил:
— Тшшш, горло сейчас нужно беречь, потом всё скажешь.
«Потом» звучало очень обнадёживающе. Я не думала о наших с ним отношениях в таком ключе.
Он завернул меня в полотенце и понёс обратно.
— Пижама в шкафу.
— Хорошо.
Он порылся в шкафу и достал жуткую детскую пижаму, похожую на ту, что была на мне, расправил её, посмотрел внимательно, но у меня других и нет. Наверное, прямо сейчас он думает, с кем связался, и хочет бежать без оглядки. Но вместо этого он помог мне одеться.
— Аврора, я пойду в аптеку за лекарством. Ещё зайду в магазин, видел у тебя внизу. Ты знаешь, что у тебя в шкафу только крупа и макароны? Я бы заказал доставку, но тебе сейчас нельзя тяжёлую пищу.
Я кивнула, хотя его слова не требовали ответа. Ещё успеет сбежать под предлогом похода в аптеку и магазин.
Но он не сбежал. Вернулся, дал мне таблетку, развёл раствор для полоскания горла, постоял рядом, а потом сварил куриный бульон и накормил меня. После того, как я покинула родительский дом, это был первый раз, когда обо мне кто-то заботился.
Я была в полубессознательном состоянии трое суток. Алекс уже хотел везти меня в больницу, но неожиданно на четвёртый день с утра спала температура. Правда, к вечеру опять поднялась, но уже не такая высокая. Я всё ещё была слабая, но уже могла сама вставать. Он оставил меня, потому что ему нужно было на работу. Я не стала спрашивать, на какую именно: стриптиз, проституция или автосервис. Он оставил мне целую кастрюлю лёгкого супа, и несколько порций курицы с картошкой.
Поцеловал на прощание в щёку и ушёл.
Всё это время я почти не говорила, теперь уже могла, но считала благоразумнее помолчать. Зато мой внутренний голос бесновался, а сны были просто ужасными.
Легенда для меня
Я опять немного опаздывала. Обычно я очень пунктуальна — это тоже профдеформация — но сейчас я боялась переступать порог его дома, поэтому намеренно задерживалась. Новый дом, не такой красивый, как моя сталинка с утилитарной лепниной на фасаде, зато конструктивный. Я набрала номер квартиры, ждала целых три гудка, а потом дверь сама открылась. Я уже приготовила длинную речь, но ничего не понадобилось. Лифт вёз меня на пятнадцатый этаж. От лифта сразу налево, и нужная дверь уже приоткрыта.
Я осторожно стучу, прежде чем войти.
— Входи, Аврора.