– Грок не знает. – Орк покачал головой. – Грок родился после Первого Мора. Не видел. Но старики рассказывали. Говорили – когда Мор идёт, земля стонет, а небо темнеет. И мёртвые не лежат в могилах.
Тишина. Потрескивание костра. Где-то вдали ухнула сова.
– Это просто слухи, – сказала Лира. Но в её голосе не было обычной уверенности.
– Может, да. Может, нет. – Грок снова взялся за топор. – Грок просто говорит, что слышал. Решать – вам.
Финн посмотрел на Марка. В его янтарных глазах плескалась тревога.
– Те сны, которые тебе снятся, – сказал он тихо. – Ты говорил, что видишь что-то странное. Темноту. Холод.
– Откуда знаешь про сны?
– Я… – Финн замялся. – Я чувствую. Когда сплю рядом. Твои эмоции просачиваются. Страх, ужас. Как будто ты в каком-то месте, где не должен быть.
Марк хотел отмахнуться, сказать что это ерунда, что сны – просто сны. Но слова застряли в горле. Он вспомнил голоса из темноты. Ощущение взгляда. Холод, пробирающий до костей.
– Это ничего, – сказал он наконец. – Усталость. Пройдёт.
Финн не выглядел убеждённым, но спорить не стал.
Лира поднялась и подошла к Марку. Села рядом, близко, так что их плечи почти соприкасались.
– Ты врёшь, – сказала она тихо, чтобы слышал только он.
– С чего ты взяла?
– Потому что я тоже вру. Постоянно. Узнаю ложь в других. – Она посмотрела ему в глаза. – Что-то происходит. Что-то, о чём ты не говоришь.
Марк молчал. Что он мог сказать? Что видит во снах мёртвый город под землёй? Что слышит голоса, зовущие его по имени? Что чувствует связь с чем-то древним и ужасным?
– Когда буду готов, – сказал он наконец, – расскажу.
– Обещаешь?
– Обещаю.
Лира кивнула и отодвинулась. Но её глаза остались настороженными.
Грок закончил полировать топор и убрал его. Потом посмотрел на небо – тёмное, усыпанное звёздами.
– Красивая ночь, – сказал он. – Грок любит звёзды. Они всегда одинаковые. Не врут. Не предают. Просто светят.
– Философ, – хмыкнул Дарен.
– Грок – орк. – Ухмылка. – Но даже орки иногда думают.
Он улёгся на землю, подложив под голову мешок, и через минуту захрапел – громко, раскатисто, как далёкий гром. Финн захихикал. Даже Лира позволила себе слабую улыбку.
Марк остался сидеть у костра, глядя в пламя. Завтра – Сильверхолд. Потом – столица. А потом… он не знал, что потом. Но предчувствие подсказывало, что их путь только начинается.
И что худшее – впереди.
Он закрыл глаза, и темнота из снов снова шевельнулась где-то на краю сознания. Ждущая. Терпеливая.
Скоро, шептала она голосом, похожим на скрежет камня о камень. Скоро.
Марк открыл глаза и не спал до рассвета.