Сняв берет, я почтил память нормандца (он родился именно там) 30 секундным молчанием (времени мало).
Но теперь хоть понятно, почему последний не ответил…
Попытавшись еще раз связаться с Константином и удостоверившись, что никто не отвечает, я понесся в «район русской доверенности».
Покойников там было больше, чем во всех остальных зонах вместе взятых (с русскими всегда так). Вот чего-то самих русских не видать, поэтому я зарычал в рацию: «Данила, Константин, прием!!!» В этот отзыв состоялся: «Командир, это Данила, как слышите меня, ко…»
«Почему не выходил на связь?!»
«А разве она была?»
«Была!»
«Правда?»
«Да».
«Нет, серьёзно?»
«Нет, я пошутил… Отвечай на вопрос!»
«Командир, связи не было…»
«Как это не было, ты что плетёшь?!»
«Чистая правда».
«Так в чём же дело?»
«Ну… не знаю…»
«У вас все в порядке?»
«У меня — да, у Константина, наверное, — тоже, мы расстались на прошлом повороте минут пять назад…»
«БЫСТРО К НЕМУ!!! Ты понял, К НЕМУ!!!»
«Отлично понял… уже иду искать…»
Сам я в этот момент глядел на лестницу, идущую вверх, и решил проверить, что там. Она (тобиш лестница) насчитывала около двадцати не трещавших ступенек.
Так… в ход пошли выстрелы, дело в том, что один «черт» занял оборону у входа на второй этаж. В результате он остался с отстреленной головой.
Приподнявшись на пару нетрещалок, я выглянул и, не увидев ни «души», решил немного отдохнуть от вечной беготни и мордобоя. И тут во все глагольствует рация: «Командир, это Сальваторе, первый этаж наш!»
«Замечательно, приступайте ко второму».
«Хорошо…»
«Что у вас там с Константином?»
«Пуля в рацию попала, а вот Эмильен…»
«Я знаю, знаю… Скажите Кону, чтобы осмотрел все трупы».
«Хорошо…»
«Что с Фрэнком?»