Юлия Федотова – Опасная колея (страница 58)

— Однако! — присвистнул Роман Григорьевич, и тут же обернулся на грохот. Это со стеллажа в приёмной свалилась ещё одна книга. «Полное руководство по сбору, обработке и хранению магического сырья» называлась она.

Откуда домовому с Боровой стало известно о цели визита хлебосольного гостя, остаётся только гадать. Умеет ли мелкая домашняя нежить читать мысли, или домовик из Сыскного отделения, подслушав людской разговор, передал его содержание несчастному собрату, или род домовых так устроен, что знают они всё о делах человечьих — это нам не ведомо. Но факт остаётся фактом: в награду за доброту, а может, в качестве откупа от злого глаза, Роман Григорьевич получил именно то, зачем явился — время на поиски тратить не пришлось. Оставалось только забрать книги и подыскать для их изучения более спокойное, в смысле, менее шумное место. Потому что прямо над засохшим кровавым пятном, темнеющим на ковре, возникла зыбкая фигура в чёрной мантии и застонала, трагически простирая руки: «Верни-и! Моё-о-о-о! Прокляну-у-у!»

— Сгинь! — велел Роман Григорьевич, плюнув через плечо. Угрозы его не смутили, ведь всем известно, что призрак проклинать не может — только пугать. Не может он и вести осмысленный диалог, но Ивенский всё же спросил на всякий случай. — Убил-то вас кто, господин Понуров?

Но тот не ответил, лишь продолжал горестно завывать: «Отд-а-ай! Моё-о-о! Верни-и-и!» Какая может быть работа в таких условиях, да ещё и на холоду? Неудивительно, что Роман Григорьевич предпочёл покинуть дом как можно скорее, и страх перед неведомым тут был совершенно ни при чём, один лишь деловой расчёт!

После промёрзших комнат пустого дома, тёплый кабинет в Канцелярии показался едва ли не уютным, не смотря на свою скромную казённую обстановку. Удобно расположившись в кресле под государевым портретом, Роман Григорьевич приступил к исследованию своих находок (или их уместнее называть «подарками от домового»?)

Хотел начать с дневника, но отложил на время. Что бы там ни говорил Иван Ярополкович о посмертной славе, чужой дневник — вещь очень личная, к тому же, дух усопшего явно не желал, чтобы посторонние свали нос в его записи. И пусть с юридической точки зрения призрак субъекта не рассматривается как его правопреемник, Роману Григорьевичу отчего-то было перед ним неловко, и, оттягивая неприятный момент, он начал с «Руководства».

Открыл оглавление, пробежал глазами. Так. «Введение», «Общие принципы сбора, обработки и хранения различных субстанций», «Минеральное сырьё», «Растительное сырьё», «Животное сырьё», «Прочие виды сырья», «Опасности и затруднения, сопряженные с добычей», «Алфавитный указатель»… Ну, посмотрим по алфавиту. Адамова голова, Аир, Алатырь-камень, Аленькй цветочек, Алконоста яйцо… Архилин-трава, Аспида чешуя… Бадняк (пепел), Баранец, Барвинок, Болиголов, Бузина… Василиска коготь, Ведьмина метла — берёзовая, — вязовая, — дубо-вая… Ведогонь, Вода живая, Вода мёртвая, Волчец, Волшебный горох, Гаганы молоко, Гамаюн-птицы слеза, Гаргонии власы… — судя по картинке, «власы» упомянутой «гаргонии» представляли собой клубки извивающихся чёрных змей. «Экая пакость! — поморщился Роман Григорьевич. — Не завидую тому, кому придётся это добывать! Ладно, смотрим дальше». Громовые стрелы, Дракона кровь, Древа жизни плоды (см. Яблоки молодильные), Дурман, Единорога — помёт, — рог, — шерсть… («Какой, однако, полезный зверь! Даже помёт в дело идёт!») Жабья икра, Живой огонь, Живокость, Зверобой… «Ага! Вот она, «земля»! Земля могильная, земля священная, земля столетняя… «Как дедушка Ворон говорил? Добыть её можно раз в сто лет? Посмотрим! Какая страница? Девяносто седьмая…»

«Земля столетняя, — значилось на девяносто седьмой странице, — минеральная субстанция огромной магической мощи, употребляется в качестве основного компонента множества смесей, реже в чистом виде. Сфера применения чрезвычайно широка, действие преимущественно созидательно-разрушительное (в зависимости от сочетаний компонентов и словесных формул).

Формируется исключительно в условиях крупных осёдлых человеческих поселений, как то: город, посад, рядок, село, деревня числом дворов не менее сотни и пр. При том магическая мощь субстанции возрастает по мере увеличения оных, но также возрастает и сложность её добычи.