По лицу Стива было видно, что тот пытается вспомнить Марту Трош и был ли у неё сын. Ничего конкретного ему вспомнить не удалось, поэтому шериф повёл разговор дальше, пытаясь докопаться до одному ему известного ответа:
– Думаете из местного мха ещё что-то выйдет? Вы ведь не первый. Приезжали до вас… после инцидента… два… нет, три раза… ничего не нашли, да ещё потеряли одного из своих. Мы неделю потратили на его поиски. Не нашли, понятное дело. Болота. Понимать надо.
– Я бы сказал – испытываю умеренный оптимизм в отношении положительного решения данного вопроса.
О записях отца Элиас умолчал, как и о том факте, что им уже были получены косвенные подтверждения того, что гипотеза о причине снижения полезных свойств местной флоры получила подтверждение.
К следующему осени доктор Элиас Вейт обзавёлся собственной небольшой клиникой в центре города, рядом с ратушею.
Большую часть времени клиника была закрыта, а сам доктор пропадал на фабрике или в болотах, но иногда в городе появлялся человек, который останавливался в единственном отеле, который не ясно за счёт чего существует в этом захолустье. Тогда клиника открывалась, принимала клиента, который помещал её ещё день-другой, а потом уезжал, и закрывалась вновь, когда на неделю, когда на две или три.
Клиентов было не много.
И не похоже, что платили они очень щедро: безупречный костюм доктора за год успел поистрепаться, а сам он стал казаться уже не сухопарым, а истощённым.
Но на продление аренды цехов фабрики и на клинику денег всё же пока хватало.
Артем Гловер двадцати двух лет от роду появится, когда зима уже готовилась заключить землю в свои холодные объятия. Он, как и все пациенты доктора Вейта, поселился в отеле.
Бывший звезда школьной футбольной команды, пока не повредил колено в матче против Ричленда.
Будущее его было разрушено в том матче.
Теперь он ходил сильно хромая и глотал обезболивающие.
Через пару лет начал бы злоупотреблять алкоголем, наблюдая за карьерой своих товарищей по команде.
Но судьба сдала ему редкую карту.
И вот он оказался в Хейвена, в клинике доктора Вейта.
– Доктор, я слышал, вы… помогаете… – пробормотал он, когда Элиас, ознакомившись с его документами отложил их в сторону.
Со стен на них смотрело не меньше дюжины дипломов, среди которых, если приглядеться, были и Харгвард, и Й-ель.
Специалистов с такой квалификацией и в столице было по пальцам одной руки пересчитать.
– Помогаю и, если вы здесь, значит, видели мои работы, но всё же я должен вас предупредить – мой метод экспериментальный, и у меня ещё пока нет полной клинической картины. – Вейт поправил очки. – Но вам нужно чудо, а мне нужны деньги.
– Доктор, мне нужно ваше чудо.
Первая инъекция.
Артем ожидал боли. Вместо этого по телу разлилось странное, неожиданное тепло.
И… и спокойствие…
Через три дня Артем перестал хромать.
Через неделю его тело вернулось к тому состоянию, что было до злополучного мачта против Ричленда.
А потом…
– Доктор, у меня… – он закатал рукав.
Кожа на предплечье шевелилась.
– Интересно. – пробормотал Элиас, осторожно касаясь кожи.