Взгляд скользнул по огромному, молчаливому телу большого горна, затем переместился на малую походную наковальню, которую я использовал для мелких работ. Большой молот и малый молоточек. Большой котёл и малый ковшик. Ответ был до смешного прост, и оттого осознание собственной недальновидности было ещё более болезненным.
Специализация.
В любом эффективном производстве нужна специализация инструментов под конкретные задачи. Пытаться делать всё одним, пусть и самым мощным, молотом – путь к разорению и браку. Мне нужен был не один «универсальный» горн. Мне нужна была система.
Внутри что-то щёлкнуло. Отчаяние отступило, сменившись знакомым, холодным азартом конструктора, нашедшего решение невыполнимой задачи. Я схватил кусок угля и стёр с доски старые расчёты. Время для нового, куда более амбициозного проекта.
На первой плите я быстро набросал схему уже существующего большого горна. Поставил рядом жирную надпись: «Сыродутный Горн. Цель: первичная выплавка стали из руды (крицы). Режим работы: редкий, для больших объёмов». Его роль в моей новой системе была определена. Он был тяжёлой артиллерией, которую не используют для охоты на воробьёв.
Затем я взял чистую сланцевую доску. Началась настоящая работа. Я проектировал второй горн. Малый, но технологически совершенный. Он должен был стать рабочей лошадкой моей кузницы. Компактный, с толстыми, двойными стенками из моей лучшей огнеупорной глины для максимальной теплоизоляции. С небольшим, но глубоким очагом, чтобы жар концентрировался в одной точке, а не рассеивался. С продуманной системой подачи воздуха, чтобы он выходил на рабочую температуру не за часы, а за минуты. Этот горн будет предназначен для ювелирной работы: для ковки инструментов, для точной термообработки клинков, для выполнения тех самых мелких, но жизненно важных заказов, которые приносили нам еду.
Тихон, который всё это время молча наблюдал за моими лихорадочными действиями, не выдержал. Он подошёл, и на его лице был написан чистый ужас.
– Господин, мы только один горн наладили, а вы уже второй строить хотите! – его голос дрожал. – Откуда нам взять столько сил и материалов? Да и зачем, коли этот, большой, и так огнём пышет?
Я оторвался от чертежа и посмотрел на старика. Его страх был понятен. Но сейчас не было времени на долгие объяснения. Нужна была простая, ясная аналогия.
– Этот большой горн, Тихон, – я указал на каменного монстра, – это как огромный пирог, который пекут на княжеский пир раз в году. Он требует много дров, много муки, много сил. А этот, малый, – я ткнул пальцем в свой чертёж, – это наша ежедневная краюха хлеба. Он не такой большой, но именно он будет кормить нас каждый день. Понимаешь?
Старик медленно кивнул, хотя в глазах его всё ещё плескалось недоумение. Он не понимал моей инженерной логики, но он видел огонь в моих глазах. Огонь уверенности, который он уже научился уважать и которому научился доверять.
План был великолепен в своей логике. Два горна: один большой, «сыродутный», для редкой, но масштабной выплавки стали из руды; второй – малый, «рабочий», для ежедневных нужд, экономный и быстрый. Система. Специализация. Эффективность.
Но любой, даже самый гениальный, проект разбивается о прозу жизни, имя которой – смета. Я подошёл к чистой сланцевой доске и, вооружившись угольком, начал проводить самый безжалостный из всех видов анализа. Расчёт ресурсов.
Первая строка: «Глина огнеупорная, высококачественная». Для футеровки нового, малого горна её понадобится немало. Источник – гончар Семён. Способ получения – бартер. Вероятно, придётся выковать для него новый набор идеальных инструментов. Это – время и затраты угля.
Вторая строка: «Железо для каркаса и оснастки». Дверцы, заслонки, рама для мехов. Источник – наша куча металлолома. Ресурс условно-бесплатный, но требует перековки, что снова означает время и уголь.
Третья, самая страшная строка: «Топливо. Уголь древесный, высшего качества». Вот здесь все расчёты начинали трещать по швам. Уголь был нужен не просто для работы. Он был нужен для самого строительства. Чтобы просушить, а затем провести долгий, многодневный обжиг толстых глиняных стен нового горна, превратив их в прочную, монолитную керамику, требовалось огромное, почти промышленное количество топлива.