– Дай посмотреть, – голос прозвучал тише, чем хотелось.
Она без слов протянула меч. Взял его в руки. Холодная, тяжёлая, живая сталь. Закрыл глаза, отсекая тусклый свет комнаты. Пришло время для мучительной, но необходимой процедуры.
[Активация режима «Духовное Зрение».
Режим: Эхолокация, структурный анализ.]
Привычный тупой удар по вискам, от которого на мгновение перехватило дыхание. Мир исчез, уступив место эху. Послал короткий, осторожный импульс своей воли сквозь рукоять в клинок. Ответ пришёл немедленно. Не ясная картинка, как раньше, а сложное, многослойное ощущение, которое мозг переводил в понятные образы. Это была вибрация. Чистая, высокая, мелодичная нота, которая звучала прямо в голове.
[Анализ объекта: Клинок «Агния-1.0».]
[Структура: Ультратонкая, ламинарная (1408 слоёв). Слои полностью интегрированы.
Дефекты сварки: отсутствуют.]
[Магические каналы: Стабильны, полностью интегрированы в структуру, образуя единую сеть.
Энергетический потенциал: высокий, стабильный.]
Идеально. Ни одного дефекта. Ни одной микротрещины после мучительной ковки и закалки. Голубые каналы внутри стали светились ровным, спокойным, уверенным светом, как вены спящего божества. Он был готов, совершенен. Но нужно было проверить и её.
[Смена цели: Агния.
Фильтр: Биомеханика, энергетическая сигнатура.]
Снова импульс. Боль. Эхо от живого существа было иным – тёплым, сложным, пульсирующим. Её аура… она была похожа не на пламя, а на сжатую до предела пружину. Яркая, слепяще-белая энергия, сфокусированная внутри неё. Ни капли страха. Только холодная, звенящая, смертоносная концентрация. Мышцы были в идеальном тонусе. Сердце билось ровно и мощно. Она была не просто готова. Она была на пике.
Открыл глаза, вытирая тонкую струйку крови, выступившую из носа.
– Он в порядке, – вернул ей меч. – И ты тоже.
Она взяла клинок, и в этот момент её аура и аура меча на мгновение срезонировали, вспыхнув в унисон. Они были единым целым.
Вечер тянулся медленно, как вязкая смола. Напряжение нарастало с каждой минутой. Каждый скрип половицы заставлял вздрагивать. Святослав усилил охрану, выставив своих лучших людей по периметру мастерской. Убийцы Медведева могли нанести удар в любой момент. Ночь была их временем.
Именно в этот момент, когда тишина стала почти невыносимой, в дверь тихо постучали. Один из часовых Артели вошёл в комнату. Его лицо было встревоженным.
– Мастер Святослав, – тихо сказал он. – Там… у задних ворот. Человек. Говорит, с посланием для мастера Волконского. Он один.
Мы переглянулись. Святослав молча кивнул двоим своим бойцам, и они бесшумно выскользнули в ночь. Через минуту они вернулись, ведя между собой… ребёнка. Мальчишку лет десяти, одетого в лохмотья, с перепуганными, но дерзкими глазами.
– Он твердит, что послание только для боярича, – доложил один из мастеров.
Подозвал мальчишку. Он подошёл, сжимая в грязном кулаке что-то маленькое.
– Что у тебя?
Он разжал кулак. На его ладони лежал небольшой, идеально отполированный до зеркального блеска стальной шарик, размером с вишню. И больше ничего. Ни записки, ни устного послания.
– Мне велели отдать это тебе и сказать всего два слова, – пропищал мальчишка. – «Добрый совет».
Взял этот шарик. Он был тяжёлым для своего размера и идеально гладким. А ещё… холодным. Неестественно холодным, как кусок льда.
[Активация режима «Духовное Зрение».
Режим: Эхолокация, полный анализ.]
Импульс. Боль. И ответ, от которого по спине пробежал настоящий, ледяной ужас. Эхо было… Как от чёрной дыры, поглотившей мой сигнал без остатка. Но структура… я увидел её. Идеальная, монокристаллическая решётка, какой не могло быть в этом мире. А внутри… внутри была пустота. Не просто полость. Вакуум. И в самом центре этого вакуума, как ядовитое семя, висела одна-единственная, микроскопическая капля. Жидкость. Тёмная, маслянистая, пульсирующая своей собственной, чужеродной, фиолетовой энергией.