Резко, как подкошенная. Просто поджала ноги и мешком свалилась в грязь.
Лысый вложил в удар всю инерцию своего тушняка. Бита со свистом прорезала воздух там, где секунду назад была её голова.
Остановиться он уже не мог. Инерция потащила его вперед. Сапоги поехали по скользкой глине.
Он влетел лицом прямо в бетонную стену.
БАМ!
Звук был влажный, хрустящий. Как будто арбуз уронили на асфальт.
Этот звук… Хруст сустава. Он ударил по моим нейроцепям очень сильно. Меня отбросило назад. В подвал.
Темнота.
Не просто ночь. Вата. Черная, липкая дрянь, которая забила уши, нос, глаза. Тишина такая, что звенит в ушах. Слышно, как фантомные нейроны в башке щелкают.
Я повис в пустоте.
Ни рук. Ни ног. Кусок мяса в бульоне. Во рту – вкус прогорклого масла. «Амброзия», мать её. Эта дрянь везде. В глотке, в легких. Я ей дышу. Булькаю, как карась в ведре с отработкой.
Двадцать лет.
Счетчик в интерфейсе сдох на цифре 7300. Дальше я сам считал. По ударам насоса.
Раз удар. Два удар. Вечность.
Я – консерва. Алексей фон Шварц. Последний из Рода. Гниющий аристократ в канализации. Смешно. Verdammt!
Опять. Накатывает.
Запускается старый цикл памяти. Я пытаюсь его остановить, сбить процесс, но куда там…
Тот день. Мне тридцать.
Я был идиотом. Сказочным идиотом. Гений, миллиардер, наследник великого Рода. Я думал, я неприкасаемый. Думал, моя охрана везде и меня не достать.
Ошибся.
Они взяли меня тупо, как лоха. Прямо у выхода из клуба. Без шума. Электрошок в шею, мешок на голову – и в багажник.
Очнулся в подвале. Сыро, темно. Воняет застарелой мочой, плесенью и хлоркой.
Я привязан к стулу скотчем.
Наемники. Экипировка «Милитех», лица закрыты масками. Им было плевать на мой титул, на мои деньги. Им нужны были коды. Доступ к «Ядру» Шварцев.
– Пароль, Алексей, – спокойно сказал старший. – Или мы начнем с мизинца.
Я послал его. Я же Шварц. Гордый.
Зря…
Старший кивнул. Подошел «мясник» с обычным, ржавым слесарным молотком. Он не спешил.
Первый удар – мизинец левой руки. В кашу.
Я заорал так, что чуть связки не порвал.