– Да, конечно, – кивнул в ответ Шелл.
– В таком случае, на сегодня событий достаточно. Нам всем нужно хорошенько отдохнуть.
– Разрешите вопрос, Ваше Всесилие? – вставая из-за стола, проронила Фесилия.
– Я слушаю.
– Когда Вы объявите о брате С’Оиле всему Храму?
– Как только он придёт в себя, и я буду полностью уверен, что передо мной именно брат С’Оил, а не отступник Витор Нуйо, – нахмурив брови, ответил Илларион.
В голосе его проскользнули нотки раздражения, и Фесилия более не осмелилась тревожить его своими вопросами. Никто не осмелился.
Откланявшись, маги медленно покинули Зал, оставив Иллариона наедине с Хоупом, который уходить не торопился.
– Чего сидишь, Хоуп? Или тебе отдых не нужен? – спросил Илларион.
– Мы все могли умереть, – коротко ответил Ламмер.
– Да, могли. Но не умерли.
– Когда Стринг потерял сознание и почти что разорвал кольцо, я почувствовал, как Вы взвалили на себя сразу все магические процессы. Это было феноменально. Я просто хотел выразить Вам моё почтение.
– Благодарю тебя, Хоуп. Без вашей поддержки мне было бы намного сложнее.
– Я рад, что мы смогли сделать это. И я хотел попросить прощения за свои реплики до Ритуала. Я подверг сомнению Ваш великий замысел, что было непозволительно для мага моего ранга.
– Мой старый друг, Хоуп, ты не перестаёшь меня удивлять, – улыбнулся Илларион. – Твои извинения приняты. А теперь, прошу тебя, ступай вслед за остальными и отдохни немного.
– Как Вам угодно, – быстрыми шагами Ламмер покинул Зал.
Илларион дождался, пока дверь за Хоупом захлопнулась, а затем аккуратно закатал рукава своей накидки и посмотрел на руки. Бледные и высохшие, словно у мертвеца, предплечья, местами покрытые тёмными кровоподтёками, выглядели пугающе. Илларион сглотнул, затем быстро отвёл взгляд и опустил рукава обратно.
– Если бы ты только знал, чего мне всё это стоило, друг мой, Хоуп…
Четвёртый день кряду продолжалось шествие посланников Валькерия Викента к Храму илларионитов. Руководил этой делегацией кроткий Шерман Шит. Впервые оказавшись так далеко от Храма в компании малознакомых ему магов, алхимик чувствовал себя не в своей тарелке. Его сопровождала охрана из пяти боевых магов, а также три опытных дипломата, неоднократно бывавших в Храме илларионитов с официальными визитами.
Шерман с самого начала был не в восторге от идеи Викента отправить именно его в качестве руководителя важнейшего посольства, но желание угодить Его Всесилию вкупе с паническим страхом подвести Его ожидания, заставили алхимика перебороть свою нерешительность. Несмотря на сопровождавших его умудрённых опытом магов, беспокойство Шита с каждым днём похода только усиливалось. Каждую минуту он проверял на месте ли письмо Викента и судорожно реагировал на любой посторонний шорох, что не могло быть не замечено его спутниками, и в скором времени стало вызывать у последних насмешливые улыбки.
Маршрут викентийцев пролегал исключительно по Тракту Храмовников – единственной прямой дороге, соединяющей два Храма. Проложенная через труднопроходимые песчаные районы, она с юга огибала естественную преграду – хребет Хайсу – и, по сути, являлась настоящим оазисом на всём своём протяжении. Вдоль неё росли рощи раскидистых пальм, в тени которых усталые путники могли найти временное укрытие от знойного солнца. Тракт позволял использовать для передвижения лошадей, которые в отличие от песчаных двугорбых были куда быстроходнее. А каждые две сотни километров встречались сторожевые форпосты, где можно было пополнить запасы воды и остановиться на ночлег. Конечно, подобные привилегии полагались только храмовникам. Простой люд или же торговые караваны могли ездить по Тракту только по специальным документам и за довольно приличную сумму денег, и на форпостах ничего, кроме досмотра их не ожидало.
– Достигнем хребта Хайсу через два дня, – оповестил Шермана до того мчавшийся впереди всех на чёрном коне рыжебородый круглолицый маг в шлеме – начальник охраны.
– Хребет? – удивился Шит. – Зачем нам хребет? Мы же должны его обогнуть.
– Мы и обогнём его. Обычно мы используем хребет Хайсу как географическую привязку, чтобы обозначить середину пути, – ухмыльнулся рыжебородый, всем своим видом показывая, кто тут на самом деле главный.