Сейчас он нашел новый фильм, поэтому старательно пялился в экран ноута, который держал на коленях, но сюжет проходил мимо сознания. Мысли занимало то, ради чего его вызвали в Волгоград.
Шахович только что позвонил и отменил встречу. Сказал, что с ключом вышла заминка, поэтому надо подождать денька два-три. Лекс не возмущался. Отдых он любил меньше, чем «работу», но и он был необходим. Такое чередование и нравилось. Он изучил схему дома, добытую Севой. На ней тоже зияли белые пятна: когда Пихлер посещал Юсифова в последний раз, ему экскурсию по дому не проводили. Но самое главное на ней отметили, и, как они добудут артефакт, Лекс примерно представлял. Он мог бы справиться с этим и без напарников. В крайнем случае нанял бы кого-нибудь из ссыльных или нелегалов. Но Сева потребовал, чтобы ему помогала команда Павла. Это непременное условие найма. Наверно, у него были на то резоны, поэтому Лекс не отказался. Деньги его мало интересовали, а вот необычное, сложное дело – очень привлекало. С людьми он ни разу не работал, почему бы и не попробовать?
– Пашка совсем тебя бросил! – сначала на лестнице появилась голова Леси, потом ладони с зажатым в пальцах диском, а затем и вся она, опять в черном. – Это никуда не годится, – посокрушалась девушка и села рядом с ним на кровать. – Я тебе диск принесла. «Дело было в Пенькове» видел?
– Нет, – лаконично ответил он.
– Ну вот, глянь. Тебе должно понравиться. А что ты делаешь? – девушка заглянула в ноутбук. Переносной модем Лекс купил дорогой, тариф тоже, так что мог свободно смотреть фильмы онлайн. Сейчас он загрузил «Пять невест»14. – Можно с тобой посидеть? – спрашивала так, будто в положительном ответе не сомневалась. Как тут откажешь?
– Поставить сначала?
– Нет, не надо, – запротестовала она. – Я в общих чертах знаю, в чем там суть.
– Ладно, – он ногой подвинул табуретку и поставил на нее ноут. Чуть откинул крышку. – Так видно?
– Да, спасибо, – Леся уставилась в экран и на гостя больше внимания не обращала.
Лекс всё так же смотрел будто сквозь экран, не мог сосредоточиться. Забавно придумали, но очень уж неправдоподобно. И абсолютно не похоже на его родину. Самолеты в тыл с фронта не летали. Рядом с эльфами вообще техника глючила, только поэтому набирали новых и новых солдат. А то бы устроили ковровую бомбежку – и нет эльфов. Потому как они с техникой не дружат совсем. У них магия. Это на каторге остроухие водят машину, служат в спецназе с автоматом в руках. Но, скорее всего, это был какой-то другой подвид, не с Везиофеи.
Никакие женихи с фронта не приезжали. Они женились прямо там, на таких же фронтовичках с автоматом. Это удобнее. И не придется девушку, которой повезло, и она не попала в призыв, тащить в опасное место. Безусловно, не было деревень, в которых бы жило много женщин и почти не осталось мужчин. Всеобщий же призыв. Да и для воспроизводства нужны оба пола, а фронту постоянно новобранцы требуются. Там, в центральном комитете, не дураки сидят, всё прекрасно понимают, поэтому солдат набирают грамотно.
Старые фильмы – «Богатая невеста», «Трактористы», «Стряпуха» – нравились тем, что позволяли заглянуть домой. Не по‑настоящему, конечно. Не мог он узнать, что с его родителями, где братья, вышла ли замуж Танюха. Но ощутить всей кожей, всеми внутренностями обычную, спокойную жизнь он мог. Поэтому пересматривал фильмы снова и снова. Иногда натыкался на что-то новое, как с «Кубанскими казаками». Но удачных находок было мало.
Вот и к этому фильму можно особенно не приглядываться, а поразмышлять о своем. Например, об Олесе. Что с ней делать?
Павел категорически запретил гостю общаться с сестрой. Лекс выполнил бы эту просьбу не из-за страха перед Токарем, а чтобы избежать ненужных ссор. Но девушка сама к нему прицепилась. И это не первый раз. Так было в родном колхозе. Так было у наблюдателей. И если дома он еще мог предположить, чем привлекает женщин, – все-таки молодой, веселый, ухаживать умеет, заботится о том, чтобы женщине было хорошо, – то сейчас это было совершенно необъяснимо. После потери Лаэртель, он словно впал в кому. Жизнь потеряла вкус, он делал всё механически. И так же механически отмахивался от девушек, потому что свидания с ними превратились в нудную, абсолютно ненужную ему обязанность. Он предпочитал занятия, которые загружали мозги, а не только тело. Нет, если его напоить, то всякое с ним можно делать. Можно взять измором, приставая снова и снова. Он уставал тратить силы на бессмысленную борьбу. Вам это так нужно? Получите и отстаньте. Когда они умирали, он не испытывал ничего, кроме недоумения. С таким же недоумением он отдал себя правосудию, не делая ни малейших попыток оправдаться. И лишь гораздо позже пришла обида. Словно люди завели себе забавное домашнее животное, а потом наигрались и отправили его в приют, не утруждая себя какими-либо объяснениями. Найди они хоть одну улику, подтверждающую его виновность, Леша бы признал, что ссылка справедлива.