– Не стану спорить с Вами, – все-таки согласился тот. – Но я попросил бы Вас от имени всей компании и ее составляющих быть осторожнее в осуществлении планов. Вы понимаете? Это очень опасно: бежать за целью, не замечая трудностей на пути. Одним словом, будьте аккуратнее. В противном случае Вам уже никто не скажет «спасибо».
– Я приму это к сведению, – промолвил ничуть не оскорбленный пароход. – Благодарю за совет! Мне и вправду необходимо было поделиться информаций и получить достойную отдачу. Могу пообещать, я буду внимательнее.
И снова замолчали. Суда-помощники вскоре закончили работу. Когда пришло время отцепаться и уходить обратно к суше, Номадик сказал:
– Что ж, будем ждать Вас менее чем через месяц, господин Титаник! Приятно было пообщаться, но все равно придется разойтись. У нас своя дорога, у Вас свой путь. И мы желаем Вам удачи в прохождении опасного маршрута!
– Доброй ночи, уважаемые! – попрощался с родственниками пароход. – Спасибо за добрые слова!
– До свидания! – выбросили оба кораблика и поспешно удалились.
А вот лайнер тем временем забрал якорь и под командованием капитана пошел далее, навстречу Куинстауну.
На борт «Титаника» поднялась, пожалуй, самая интиллигентная американка по имени Маргарет Браун. Эта женщина в годах являлась некой знаменитостью в широких кругах и была самым обсуждаемым человеком в разговорах между богатенькими дамами и их кавалерами. Все же ее любили не просто так. Любили ее как особую, доброжелательную женщину, готовую помочь каждому нуждающемуся. Можно добавить и то, что она вела активную деятельность в социальных планах, чего никогда не одобрял ее покойный супруг. Ею двигала та несказанная сила волевого духа, какой, пожалуй, не нашлось бы ни у одной британской дамы.
Как вскоре узнали пассажиры, она, узнав о серьезной болезни внука, сорвалась с места – а именно с Египта, по которому она путешествовала в сопровождении парочки близких друзей – и купила билет на пароход в нужные сроки.
Попав на корабль, она сразу же обзавелась несколькими собеседниками, желающими точно также, как и она, провести время в хорошей компании с приятными людьми. И вот она уже вышагивает по палубе в сопровождении Бенджамина Гуггенхайма. Ее большая, элегантная шляпка с перьями идеально сидела на голове, прикрывая состарившееся лицо и замысловатую прическу. Слегка пухлая фигура выделялась на фоне худеньких леди, бродивших по прогулочной палубе первого класса. Одета она была в обожаемые зеленые наряды с белым, кружевным воротом и завернутыми рукавами. На мочках красовались круглые серьги, камни в которых походили на натуральный жемчуг.
Так вот, она прогуливалась по палубе вместе со своим новым другом, с которым она только-только нашла общий язык, но уже вошла во вкус и разглагольствовала открыто, без всякого стеснения.
– Ох, уж поверьте, мистер Гуггенхайм, никто не ожидал, что сегодня на улице нас встретит такая пакость. Я говорю о неблагоприятной погоде, что заставила нас всех померзнуть. Вспомните только, мы простояли на Номадике в ожидании слишком долго. Что за напасть! Даже не было времени присесть! Только я попала в каюту, как заявился стюард, предложивший проветрить помещение перед заселением. О чем они думали?! Знали ведь, что пассажиру захочется отдохнуть после долгой дороги.
– В этом нет ничего особенного, они просто выполняют свою работу, – ответил ей Бенджамин, что выглядел необычайно молодо. Он был невероятно красив и опрятен, поэтому и обязан был выделяться также, как и Маргарет, средь густой толпы джентльменов. Однако его цилиндр прятал светлые волосы и тем самым практически затуманивал образ, отчего он и сливался с обществом богатых мужчин. – К тому же, миссис Браун, посудите сами: Вам ведь не придется вдыхать запах краски, оставшийся еще с периода строительства, так?
– Соглашусь с Вами, – выдохнула Маргарет. – Пожалуй, это единственный положительный момент.
Такими темами они и перебрасывались по пути, пока ходили по отведенной дорожке и наслажались воздухом, который, кстати, был еще холоднее, нежели пару часов назад. Это-то и не нравилось миссис Браун, отчего она часто жаловалась. Но тем не менее они с ее другом направлялись далее по пути ради того, чтобы немного позже вернуться по нему обратно в каюты и с блаженством уснуть на мягких кроватях.