Харитон. -Баронесса, не принимайте это на свой счёт, но я вынужден попросить вас уйти. С минуты на минуты ко мне прибудет человек из Москвы с поручением от самого императора. Я не могу заставлять его ждать, вы же понимаете.
Подняв взгляд на стоящего рядом Харитона, Эльвира сурово улыбнулась, и от этого короткого смеха губернатору сделалось не по себе. Баронесса поднялась на ноги и не спеша обошла кресло, повернувшись к двери.
Эльвира. -Ознакомиться с заключением о Тихона, полагаю, я тоже не могу?
Харитон. -Как можно, баронесса? Эта информация личная, её передали лишь ближайшему родственнику – сыну покойного. Но пока парень горюет, не думаю, что стоит взваливать на его плечи лишний бюрократический груз, согласны?
Эльвира не ответила, лишь размеренным шагом направилась к двери. Как только баронесса покинула кабинет губернатора, тот облегчённо выдохнул и смахнул со лба вступившую испарину. Садясь обратно за стол, губернатор заметно нервничал. Его пальцы бесконтрольно барабанили по деревянной столешнице. В голове крутился недавний разговор, состоявшийся далеко за пределами этого кабинета.
–Будьте осторожны с баронессой Эльвирой.
Предупреждал Харитона тот, чьё имя он только, что воздержался назвать Эльвире.
–Если она о чём-то узнает, у нас могут возникнуть проблемы. И если так случится, Харитон, вы отправитесь вслед за Тихоном.
Держа в руках слегка помятый конверт, по улицам Владивостока шёл Вейлин. Всматриваясь в окружавшие его дома, он искал адрес, указанный на конверте.
Вейлин. -Ну, и где же ты, приятель?
Наконец, впереди мелькнул знак, надпись на котором совпадала нужной улице. Довольно улыбнувшись, Вейлин свернул в нужную сторону и, пройдя несколько домов, отыскал заветный адрес. Взгляд его скользнул по непримечательному домику в конце улицы. Отворив скрипучую калитку, он направился к крыльцу, попутно отметив, что этот переулок смотрится слишком запущено и нелюдимо. Одним прыжком преодолев немного ступенек, Вейлин оказался возле двери и, не теряя времени, постучал, не отыскав звонка. Но никто не спешил открывать перед гостем дверь. Он прислушался – там, за дверью, всё было тихо, ни шагов, ни голосов. Тогда парень постучал опять, на этот раз сильнее и упорнее. Когда Вейлина присутствие заново оказалось незамеченным, и спрыгнул с крыльца и, подобравшись к окну первого этажа, громко крикнул.
Вейлин. -Кто-нибудь дома?
Позади Вейлина послышались тяжёлые глухие шаги, и к незваному гостю обратился негромкий старческий голос.
Садовник. -Кем бы вы ни были, молодой человек, вы опоздали с визитом.
Вейлин. -Прошу прощения?
Садовник. -Госпожа Лидия скончалась в начале месяца. Она жила одна, поэтому в доме никого нет.
Вейлин. -А как она скончалась? Я проделал такой путь, чтобы встретиться с ней. Прибыл сюда из Канады.
Садовник. -Увы, вы опоздали даже на её похороны.
Вейлин. -Быть может, я могу побеседовать с её родственниками?
Садовник. -Насколько мне известно, у Госпожи Лидии не было таковых. По крайней мере, вы первый, кто пришёл сюда со дня похорон. Здесь никого не бывает, кроме меня. Я же прихожу для того, чтобы присматривать за растениями. Некоторые из них редкие, жаль, если они погибнут вслед за хозяйкой.
Садовник продолжил работу. Опустив растерянно голову, Вейлин сообразить пытался, как же теперь ему поступить.
Вейлин. -Это письмо – всё, что у меня есть. Я уверен, именно из-за него погиб мой отец. Нет, я не могу просто так забыть об этом и вернуться обратно в Оттаву. Мне нужно понять, кем была эта леди. Ничто не расскажет о человеке лучше, чем его собственный дом!
Хитро сверкнув глазами, Вейлин пробежал взглядом по старому дому покойной и мысленно отметил.
Вейлин. -Двери хлипкие, приложи силу, поддень ломом – и входи. Да и окна довольно низко.
Подумав немного, Вейлин решил, что, разбив стекло, к себе привлечёт лишнее внимание. Да и садовник всё ещё поблизости маячил, возясь в заросшей клумбе сорняками.
Вейлин. -Нужно быть осторожнее. Мне совершенно не хочется попасть за решётку в чужой стране.
Ломиться в парадные двери Вейлин тоже не стал. Вместо этого он вышел за калитку и обошёл дом с обратной стороны. Там, перескочив через ограду, я пробрался к чёрному входу и пару раз посильнее толкнул плечом старую деревянную дверь. Не сразу, но то поддалась. И он, на всякий случай оглянувшись по сторонам, быстро прошмыгнул внутрь. За минувшее с момента смерти хозяйки время комнаты её дома успели запылиться. Но всё ещё хранили ощущение её присутствие. Ступая осторожно, Вейлин старался не шуметь. Но старые половицы то и дело издавали пронзительный скрип. Проходя мимо входной двери, парень поднял с пола стопку просунутых в почтовые отверстие бумаг.