Родион. -Молодой человек, прошу прощения, надеюсь, я не сильно побеспокою вас, если обращусь к вам с небольшой просьбой. Я заметил, что вы, вероятно, кого-то ожидаете здесь, а значит, знаете эти улицы. Не подскажете ли вы, где я могу отыскать почту?
Никита. -Почту? Да, конечно. Вы почти дошли до неё. Вам следует перейти на другую сторону улицы и повернуть налево вон за тем лимонно-жёлтым зданием.
Родион. -Значит, перейти улицу и повернуть налево, премного благодарен.
Родион уже сделал шаг в сторону, намереваясь последовать данной ему инструкции, но в последний момент вновь обернулся ко мне.
Родион. -Вероятно, я, вам покажусь слишком назойливым. И любопытным до крайности. Но не могу я уйти, ещё один вопрос не задав. Случайно вы не приходитесь сыном господину Тихону?
Вопрос Родиона насторожил меня. Сделав едва заметный шаг назад, я уточнил.
Никита. -Откуда вам известно это имя?
Почувствовав неловкость, Родион поспешил объясниться.
Родион. -Наверное, я вас своим вопросом смутил. Дело в том, что родился я во Владивостоке и прожил здесь первые 3 года своей жизни. И вернулся вот сюда всего пару недель назад. И теперь вспоминаю с особым удовольствием эти улицы, знакомые лица. У меня неплохая память. И готов я поклясться, что знаю вас. Вы ведь Никита. Мы жили в прошлом на одной улице. И бывали вместе на разных приёмах. Вы не помните меня?
Всматриваясь в лицо Родиона, я напрягал память, силясь припомнить своё детство.
Никита. -Простите, но я не уверен, что помню вас.
Родион. -Родион. Если не лицо, быть может, вы припомните моё имя.
Никита. -Родион, Ах, да! Я тебя знаю!
Внезапная улыбка озарила до этого моё задумчивое лицо. Перед глазами пронеслись обрывки детских воспоминаний. Среди них смазанным от времени пятном мелькнул худенький скромный мальчик, неловко топтавшийся в углу гостиной одной известной госпожи города, пока остальные дети безумным вихрем носились по дому.
Никита. -А ты изменился, не помню, когда видел тебя в последний раз.
Родион. -Вероятно, это было очень давно. Мы с родителями покинули Владивосток, когда мне было 3 года. Знаешь, а ты остался прежним, пусть и стал старше. Потому я и узнал тебя.
Не понимая, что имеет именно в виду Родион, я решил, что неприлично будет требовать пояснений. А потому поспешил свой вопрос задать.
Никита. -Что же заставило тебя вернуться в город?
Родион. -Работа. Я получил назначение в адвокатскую контору. И вот прибыл на службу.
Родион хотел добавить ещё несколько слов, рассказав о том, как был рад начать карьеру в городе, в котором вырос, но заметил, что мой взгляд устремился ему за спину. Спустя пару секунд я засуетился и поспешил закончить разговор.
Никита. -Был рад увидеться, Родион. Но мне уже нужно идти.
Обойдя Родиона, я направился к крыльцу губернаторскому посольству, где меня поджидал отец. Всё, что оставалось сделать парню, это крикнуть мне вслед.
Родион. -Надеюсь, мы ещё встретимся.
Но я ему не ответил, то ли не расслышав, то ли не посчитав нужным обернуться. Проводив недолгим меня взглядом, Родион на другую сторону улицы пробежал и направился на поиски почты, о которой едва забыть не успел. Тем временем отец меня отыскал взглядом и уже не выпускал из вида. Как я только вспорхнул на крыльцо, меня серьёзный взгляд отца встретил.
Тихон. -С кем это ты говорил? Ник, сколько раз мне ещё придётся повторить. В нашем обществе репутация молодого юноши.
Никита. -Настолько хрупка, что может быть разрушена любым неосторожным поступком. Ты повторяешь это каждый день.
Тихон. -И ты всё равно постоянно об этом забываешь.
Никита. -Неужели просто разговор может быть истолкован как нечто предосудительное?
Тихон. -Если разговор этот юного парня без сопровождения старших с незнакомыми людьми, то да, вполне. Жива была бы твоя мама, она это бы объяснила лучше.
Взгляд Тихона заметно потух. Так случает всегда, когда ему приходилось вспоминать о кончине супруги. И пусть смерть унесла её много лет назад, рана от потери любимой жены всё ещё не зажила. Заметив привычные перемены в настроении отца, я поспешил его успокоить.