Пожав плечами, Широ неуверенно перетаптывался с ноги на ногу.
Широ. -Не поверят, не захотят слушать.
Тихон. -Мы должны жителей Бифука убедить в неправильности их поступков.
Широ. -Если господин хочет, он может попытаться.
Тихон. -Что ж, именно этим я и хотел бы заняться. Но прежде скажите, где я могу остановиться. Мы с сыном устали с дороги.
Широ. -Есть место, господин. В соседнем от меня доме у вдовы Дорэми пустует комната. Хорошая комната, чистая.
Тихон. -Видите к ней нас.
К моему ужасу, отец вытащил из автомобиля чемоданы и машина уехала.
Никита. -Почему машина уехала?
Тихон. -Нам придётся провести здесь несколько дней. Деревня маленькая, водитель нам здесь ни к чему. Он вернётся за нами, как я дам ответ губернатору.
Мысль о том, что мне предстоит провести в этом месте несколько дней, повергла меня в шок. Я пошёл за отцом, боясь отстать от него даже на шаг. Всё в этой странной деревне до дрожи пугало меня. Дома, звуки, люди. Бифука, как и её жители, выглядела неприветливо и жутко. Съёжившись под грузом недобрых взглядов, я пытался успокоить себя фразой, что часто повторяла мама. -Ты сильнее своего страха. На французском языке прозвучали в голове слова мамы. И словно отвечая той, кого давно не было в живых, я тихо произнёс.
Никита. -Мерси, маман.
Уже через несколько минут Широ гостей привёл к дому Дорэми. За символическую сумму женщина впустила в свой дом незнакомцев. И проводила нас в пустующую комнату. Как только закрылась за ней дверь, я в ужасе взглянул на отца.
Никита. -Мы ведь не останемся в этом доме?
Тихон. -Других вариантов у нас нет.
Никита. -Прошу, давай переночуем в любом соседнем городе.
Тихон. -Я отпустил уже водителя, нам до города не добраться самим. К тому же не так уж и плохо здесь. Да, это не Россия, не дома, к которым ты привык. Но люди и здесь живут. Уверен, мы продержимся пару-тройку дней.
Слова отца прозвучали как приговор. Ещё раз окинув взглядом комнату, в которой нам предстояло жить. Пока я, обхватив себя руками, стоял в углу, боясь лишний раз прикоснуться к старой мебели, отец опустил на пол чемоданы и выглянул в окно.
Тихон. -Побудь здесь, а мы вместе с Широ навестим местное кладбище. Я должен своими глазами увидеть масштаб беспорядков.
Никита. -Нет! Один я здесь не останусь. Я пойду с тобой.
Тихон. -Мне казалось, ты боишься в таких местах бывать.
Никита. -Боюсь, но здесь всё равно не останусь. Каким бы ни был мой страх перед обителью мёртвых, мысль о том, что я останусь здесь один, пугает меня намного сильнее. А потому я пойду с тобой, куда бы ты ни направился.
Ненадолго задумавшись, отец решил не отказывать мне. Ему и самому было спокойнее видеть меня рядом и знать, что со мной всё в порядке. Широ ждал гостей у крыльца дома. И как только отец со мной вышли на улицу, без лишних промедлений повёл нас по тропе, ведущей к сельскому кладбищу. Когда на горизонте появилось перекосившиеся деревянные кресты, я заметил, что начало смеркаться. Сельское кладбище находилось за лесом, что, словно крепостная стена, со всех сторон охватывал земли мёртвых. Здесь на пустыре, лишённых деревьев гулял ветер. А где-то над лесом, готовясь к ночи, громко кричала стая воронов. Присмотревшись, я, наконец, приметил, куда направился отец. У одной из могил уже столпились местные мужики. Сжимая в руках шапки, они кидали взоры на свежевскопанную могилу. Не дойдя до них несколько метров, отец остановился и обернулся ко мне.
Тихон. -Стой здесь, ближе не подходи. Кто знает, что у них там.
На этот раз я быстро согласился с отцом. Приближаться к изуродованной могиле, а тем более заглядывать внутрь мне совершенно не хотелось. Глядя в спину отцу, я видел, как он в сопровождении Широ подошёл к мужикам и представился. Размахивая руками и перебивая друг друга, селяне тотчас начали что-то изъяснять. Но я не мог разобрать их слов. Постояв на месте, я почувствовал, что начал замерзать. Чтобы согреться, я зашагал по тропинке, без особого интереса поглядывая на старые кресты. Вдруг краем глаза я заметил белый силуэт, всё это время неподвижно стоявший у одной из могил. На короткий миг я замер. Сердце, рухнув вниз, пропустило удар. Белый силуэт показался мне призраком, воспарившим над место своего захоронения. Подрагивая от холода и страха, я резко обернулся. И в ту же секунду сердце привычно забилось в груди. Рядом с одной из могил стояла Дзюнна, что незадолго до этого наблюдала за прибытием гостей. Сейчас селянка, не обращая внимания на отца и собравшихся неподалёку мужчин, не спускала глаз с меня. Я встрепенулся, чувствуя себя неуютно.